Банальная история, или Измена.ru

В состоянии этой тихой задумчивости она и ушла от Забелина, напрочь выведя его из состояния равновесия, в котором он в тот момент на удивление находился. Его обуяли самые мучительные раздумья о том, что будет, если Вера и впрямь возьмет да и разведется. Что при этом будет иметь он, Саша? Во-первых, как порядочный человек, он вынужден будет все-таки оставить Киру. А как он это сделает? Он даже не представляет, как можно преподнести ей такой сюрприз… Конечно, он когда-то плел ей что-то вроде того, что пойдет за Верой на край света, если она того захочет. Но это когда было? Когда он настоящую Веру и не знал вовсе, когда она жила в его душе в виде розовой мечты. А розовые мечты на то и розовые, что сильно отличаются от реальной жизни. Кире он, Саша, многим обязан. Да что там многим! Всем тем, что у него сейчас есть! Если бы она в тяжелые времена не подхватила его на рынке, когда он с голоду и тоски готов был продать собственную квартиру, он уже давно спился бы и сдох в каком-нибудь вонючем подвале. Да, после этого он уже старался не перекладывать на ее плечи собственные проблемы, но, когда однажды сломал ногу, отправился к ней, и она выхаживала его и возила по врачам. Конечно, это случилось только потому, что несчастье приключилось с ним, когда до его собственного дома надо было ехать на нескольких видах транспорта, а ее дом находился на соседней улице. И все же он помнит ее заботу о нем в то время и до сих пор благодарен. Но все эти благодарности – сущая ерунда по сравнению с тем, что Кира была ему предана все десять лет их знакомства. Он, Александр Забелин, делал что хотел: встречался параллельно с другими женщинами, не появлялся у Киры месяцами, а потом сваливался как снег на голову, а она терпела все, потому что любила его. И вот теперь, после нескольких месяцев связи с бывшей одноклассницей, он должен сказать терпеливой и любящей женщине: «Пошла вон!»? Да у него язык не повернется!

Это все было во-первых. А что же во-вторых? А во-вторых, любимая женщина Вера из праздника превратится в будни и вполне может стать для него чуть ли не Кирой. А зачем ему вторая Кира, когда у него уже есть одна? Впрочем, энергичную Веру выносить будет куда труднее, чем Киру. Ей придется давать отчет о каждом своем шаге, а он, свободный Александр Забелин, к этому не привык. Он привык руководствоваться прежде всего своими желаниями и потребностями. Да, он любит Веру, очень любит, но ведь запросто может и разлюбить, если она вдруг станет мешать ему жить. А она непременно станет, потому что очень требовательна, очень эмоциональна, слишком сильно его любит…

А можно ли любить вполсилы? Любить слабо? Наверное, можно или любить, или не любить. И каждый любит так, как способен, как у него получается. Вера фонтанирует, извергается любовью.