Бальзам Авиценны

Рот давно наполнился горькой, смешанной с табачными крошками слюной, но Эммануэль боялся даже пошевелиться – лишь бы на него не обратили внимания!

Посредине гостиной лицом друг к другу стояли Мирадор и Роберт. Нотариус страстно желал, чтобы эти мсье поскорее прикончили друг друга, только бы не трогали несчастного Фиша, который – видит Бог! – ни в чем не виноват. Проклятый Рико опять промахнулся, на сей раз окончательно, и поплатился за это жизнью. Вместе с ним погиб один из генуэзцев, польстившийся на обещанное крупное вознаграждение и отправившийся вместе с Шарлем в имение да Эсти. О неудачной попытке повторного похищения племянницы маркиза сообщил третий бандит – он караулил у ограды парка, и милостивая судьба подарила ему жизнь.

Роберт оказался сущим дьяволом. Он выслушал уцелевшего, подробно расспросил его обо всех обстоятельствах дела и холодно поинтересовался, что тот теперь намерен предпринять? Бандит честно ответил:

– Жизнь дороже золота, синьор! Я возвращаюсь в Геную. Клянусь, все случившееся сохраню в тайне.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся Роберт, выхватил револьвер и всадил ему пулю прямо в сердце. Потом приказал Титто завернуть тело в ковер, привязать к нему камни и бросить в реку.

Фиш просто побелел от ужаса при виде столь скорой и жестокой расправы. Мирадор остался невозмутим а Роберт бросил на стол еше дымившийся пистолет и заявил:

– Все, я уезжаю и увожу своего пленника А вы как знаете!

Он направился к дверям смежной комнаты где поместили слепого старика, но путь ему неожиданно преградил Мирадор.

– Нет! – тихо, но очень твердо сказал он. – Вы сами вольны катиться хоть в преисподнюю, но старик останется здесь."

"Роберт поглядел на него с таким изумлением, будто увидел впервые. Но тут же выражение его лица разительно изменилось: оно словно стало сонным, обмякшим, а глаза лихорадочно заблестели. Именно так он выглядел перед тем, как застрелить оставшегося в живых бандита, и Эммануэль не на шутку струхнул. Нет, Мирадора ему нисколько не жаль, пусть мсье Роберт прихлопнет хоть тысячу мирадоров, если ему так нравится, но вдруг он решит заодно избавиться и от Фиша? Зачем ему лишний свидетель, который много знает и видел? Титто не сможет прийти на помощь никому из противников – он потащил завернутое в ковер тело убитого в подвал. Сам нотариус предпочел бы встать на сторону Мирадора, но только если его перевес будет очевидным. А лучше всего незаметно улизнуть, однако дадут ли ему это сделать, черт их побери?

– Вот как? – Роберт отступил на шаг. – Вы опять хотите напомнить о приказе Адмирала?

– Не только! – Мирадор вытащил большой револьвер с длинным стволом и направил его в грудь англичанина.