Бальзам Авиценны

Синьор Лоренцо, тогда еще молодой человек, активно помогал своему отцу, старому Лодовику да Эсти в борьбе против «Перламутровых рыб». Молоды были тогда и Пепе – отважный охотник и самый меткий стрелок в округе. – отец Франциск и другие, кто принимал участие в тех давних событиях.

– Ах, как мы тогда были молоды и беспечны, – горько улыбнулся синьор Лоренцо. – Поэтому даже сейчас, когда я стал совсем седым, чуть не повторилось давнее несчастье.

– Несчастье? – переспросил заинтригованный капитан. – Они подняли руку на вашего отца?

– Нет. – Маркиз отрицательно мотнул головой. – Он умер от горя! По приказу Бартоломео делла Скала моссадиери «Перламутровых рыб» украли мою сестру.

– Боже! – Пораженный Федор Андреевич отставил бокал и раскурил новую сигару. – Какая дикость! И какая подлая низость!

– Для Бартоломео не существовали ни законы чести, ни голос совести, ни государственные законы, – вздохнул Лоренцо. – После похищения сестры мы начали беспощадную борьбу с ним и его подручными. Однажды они попали в засаду, и отец Франциск, тогда носивший другое имя, застрелил негодяя. На него донесли, и едва удалось спасти достойного человека от виселицы. Но случившееся так подействовало на него, что он решил уйти из мира и принять сан.

– Теперь я многое понимаю, – протянул Кутергин. – Сегодня второй случай в его жизни, когда он наповал сразил врага. Наверное, это особенно страшно для него сейчас, когда он носит сутану.

– Да, – согласился маркиз. – Но в последнее время я все больше и больше сомневаюсь: был ли первый случай?

– Вы хотите сказать: враг остался жив?

– Слишком многое говорит за это, хотя свидетели клялись: Бартоломео делла Скала мертв, и его душа отправилась в ад!

– У него могли найтись преемники и достойные последователи, – возразил русский.

– Пожалуй, – после некоторого раздумья согласился синьор Лоренцо. Он вновь наполнил бокалы и подвинул ближе к гостю хрустальную вазу с фруктами.

– Почему они назвали себя «Перламутровые рыбы»? – Кутергин взял апельсин и начал снимать с него тонкую кожицу.

– На гербе делла Скала изображены две рыбы, – объяснил маркиз. – Две рыбы, плывущие навстречу друг другу, как на знаке Зодиака.

Кутергин кивнул и решился задать мучшииий его вопрос:

– Ваша сестра нашлась?

– Мы узнали о ее судьбе спустя много лет.

Маркиз вздохнул и замолчал, собираясь с мыслями.

Федор Андреевич пожалел, что разбередил его старые раны, и хотел принести извинения, но синьор Лоренцо начал рассказывать, как более десяти лет назад заслуживающий доверия человек предупредил его о скором прибытии неожиданного и странного гостя.