Бальмануг. Студентка

""А ведь могла сейчас опять болтать с Шелли, – с ноткой грусти думала девушка, рассеянно глядя в темное окно студенческой комнаты. – Посмеиваться с ней над очередными рассказами Марджи. Или пугать шитеров своими новыми идеями"".

Странно, но добившись своей прежней мечты попасть в королевскую академию магии штатным студентом, Хелен опять тосковала – теперь уже по своему новому дому и новой семье, которые успела найти здесь. Воспоминания о своем родном доме и мире, о родителях оказались задвинуты куда-то в самый дальний угол памяти девушки. И она сознательно не трогала те воспоминания. Чтобы не было мучительно больно. Чтобы не раскисать от тоски, раз уж пока ничего не может поделать с возвращением домой.

""Вот подучусь тут, выясню насчет порталов, тогда и буду думать, как вернуться домой, – решала девушка, потихоньку отплывая в мир снов. – А пока нужно просто выжить в этом серпентарии с благородными"".

***

Утро началось как обычно на рассвете. Подскочившая Хелен потянулась, сразу заправила постель, привела себя в порядок. Длинные роскошные волосы нового тела радовали, но требовали соответствующего ухода, и девушке приходилось тратить время на регулярное расчесывание и укладку причесок с кучей шпилек. Самых простых, недорогих шпилек, а не серебряных с камнями во главе, как у соседки, что россыпью лежали на чужой тумбочке.

Пока закончила с прической, Хелен уже немного озябла в одной нижней рубахе, что длиной была до колен. К сожалению, домашним халатом девушка пока не обзавелась, а в домашнее платье, принятое у местных дам, лишний раз переодеваться не хотелось. Все эти многочисленные завязки и бесконечные переодевания в узкие платья иномирной девушке не нравились. Поэтому Хелен одевалась утром сразу в платье на выход. Вот и сейчас достала из шкафа ученическую форму, но при этом заметила какое-то несоответствие. Отложив зеленое платье на кровать, Хелен внимательнее вгляделась в оставшиеся на плечиках свои платья. И чуть не взвыла.

Подолы всех трех ее платьев были безвозвратно испорчены. Длинные рванные прорехи с торчащими огрызками ниток шли практически по всей длине юбок. Низы платьев превратились буквально в лохмотья, повисая жалкими лоскутами."

"Хелен выхватила одно из платьев, подскочила к спящей соседке и растрясла ее за плечо.

– Это что такое? – Развернула она юбку, стоило только Иманиле захлопать ресницами спросонья.

Глянув на ткань, что совали ей под нос, баронесса мигом проснулась и растянула губы в улыбке.

– Это твои лохмотья, нищенка. Убери их от меня!

– Мои платья порваны! – негодовала Хелен. – Это ты их порвала?!

– Не смей обвинять меня, ничтожество! – оскалилась еще больше в довольной гримасе Иманила. – Я бы к твоим тряпкам даже не притронулась своими ручками! Наверное, это мыши...