Бальмануг. Студентка

– Чем бы не были продиктованы мои поступки, я бы никогда... не стал бы требовать от вас чего-то взамен, или даже... – начал словно оправдываться он, опять что-то там надумав сам себе.

– Отличная новость! – перебила его Хелен, глядя вперед невидящим взглядом. – Благодарю! Вы... очень великодушный человек, студент Кагматт.

Слушать его дальше она не хотела.

Вообще слышать не хотела.

Как же он, этот идеальный парень, буквально Мистер Вселенная и Рыцарь, встающий на защиту наверняка всех эйр, в данный момент ее бесил!

Но не вставать же, чтобы пересесть куда подальше. Потому что лектор уже занял свое место внизу и раскладывал бумаги на трибуне.

Так до конца лекции и просидели все трое тихо, не переговариваясь и не глядя друг на друга.

А как только раздался сигнал об окончании лекции, Кагматт подскочил и, схватив свою сумку, ринулся без оглядки вниз по ступеням.  Сарват  задержался чуть дольше. Встал, помялся рядом с партой, глядя вслед убегающему другу.

– Иди, догоняй уже, – буркнула Хелен, видя метания молодого эйра.

– А вы, студентка Бальма... – начал было парень свою новую витиеватую фразу.

– Да иди уже! – так рыкнула Хелен, что впереди сидящий студент даже дернулся. – Проваливай!

Сарват склонил голову на миг и размашистым шагом поспешил вдогонку за приятелем.

А Хелен надулась.

На себя в первую очередь.

И чего, спрашивается, было так бурно воспринимать произошедшее? Ну да, любопытство благородного – в прямом смысле, то есть на самом деле хорошего – Кагматта совершило на этот раз неудачную услугу. Но разве парни в этом виноваты? Разве они виноваты в выкрутасах ректора, который так затянул с зачислением Хелен, что она уже сама обустроилась в столице?

""Наверное, надо будет извиниться перед ребятам. И перед Вакроком в первую очередь"" – поняла девушка, собирая свои записи в холщовую сумку.

Глава 3

Вернулась Хелен в свою комнату не в лучшем настроении.

А когда переступила порог, приложив для открытия выданную пластину к особому месту на двери, то настроение окончательно рухнуло куда-то вниз и еще под плинтус закатилось.

– Ты?! – Из комнаты прошипели на вошедшую Хелен таким противным тембром, что аж в ушах зазвенело. – Да как ты смела?!

Ее соседка – темноволосая девица-красавица, настоящая куколка в нежно-салатовом пышном платье – стояла посреди комнаты и указывала на вошедшую пальцем, унизанным перстнями с поблескивающими каменьями.

– Как ты смела сюда, ко мне, заявиться!

– Обороты сбавь, незнакомая эйра, теперь это и моя комната тоже, – вяло отозвалась на чужую истерику расстроенная Хелен, проходя к своей кровати.

Она пыталась обойти расфуфыренную девицу, на которой поблескивали во всех возможных местах украшения – причем явно настоящие драгоценности, а не стекляшки.