Бальмануг. (не) Баронесса

Мол, что он еще раз поздравляет всех присутствующих с той великой честью быть здесь, в стенах королевской академии, что им перепала... Что учеба – это очень важно, и какое перспективное будущее откроется перед каждым, когда...

""Ага, перед каждым, – недовольно сопела Хелен, ощущая, что соседи не ректору внимают, а ее исподтишка разглядывают. Хорошо, что хоть не на ощупь знакомятся. – Особенно передо мной столько перспектив! Прям не знаю куда податься. Или перед какой другой девушкой, которым нет работы в вашем королевстве. Даже с дипломом"".

Наконец-то свернув вступительную пафосную речь, ректор приступил к описанию, что вскоре ждет студентов-первокурсников. И кто – представил преподавателей, сидящих за столом.

Кроме представителя факультета артефакторики – мастера Сургатта Фердока – здесь были также мастера Акахоши Даилай с того же факультета, Авине Тракнор с ""общего"" и выделяющийся среди прочих преподов здоровенный мужик, чья форма за малым не лопалась на внушительной фигуре – Каркут Дор'оэнес, ожидаемо с боевого факультета. Когда представили последнего, соседи Хелен воодушевленно вздохнули, даже забыв на минуту о красотке рядом.

Далее ректор еще раз нравоучительным тоном напомнил о принятых в академии правилах. Что титулы на время учебы остаются за воротами академии. Что в ""родных стенах"" все маги, мол, равны и, вообще, практически друг другу братья. Когда Хелен перевела для себя напыщенную речь Велинсора, смысл которой сводился именно к этому, то фыркнула.

""Ага, как же, равны! Равнее некуда"" – она успела приметить, что одинаковая вроде бы форма даже у первокурсников была разной! Кажется, кто-то не в казенной форме ходит, а пошил себе индивидуально из гораздо более качественной ткани. По крайней мере, если сравнивать рукава форм ее двух ближайших соседей, что без скромности развалились рядом, качество пошива и отделки заметно отличалось.

""Наверняка и во всем остальном будет негласное разделение"" – понимала девушка. Ну нельзя у выросшей в иерархическом обществе молодежи при перешагивании порога вуза так просто отключить их знатную спесь, вшитую в гены чередой поколений.

Далее дали слово преподавателям. Те еще более вежливо, но пустопорожне толкнули речи о том, с какой радостью они ждут новое пополнение на своих факультетах и прочее бла-бла-бла. Один только Каркут, когда встал и распрямил широченные плечи, очень лаконично и ёмко пообещал, что те отважные молодцы, которые сунутся в его группу, успеют много раз об этом пожалеть. Но шанс перевестись на другой факультет дается в академии лишь раз. Поэтому, мол, хорошенько, очень хорошенько, очень-очень хорошенько думайте, ""прежде чем нести свои нежные задницы в мою сторону"". Именно так откровенно под конец речи выразился боевик.