Балласт для Бориса (СИ)

Слезы потекли из глаз с новой силой, и я закрыла лицо ладонями, до боли кусая губы, чтобы подавить всхлипы. Я не была готова к этому, не была!.. Я не готова была так рано терять родителей!..

Мне хотелось провалиться сквозь землю, кричать от бессилия и боли потери, бить кулаками в стены, но я просто сидела и тихо ненавидела весь этот несправедливый мир.

Борис молча поднялся с места, обошел стол ректора, налил в стакан воды, а потом вернулся и протянул его мне.

— Выпей, — тихо сказал он, но это снова походило больше на приказ, чем на предложение.

Покорно забрав у него стакан, я поднесла его к губам и сделала несколько глотков, чувствуя как в висках начало пульсировать.

— Ты должна сейчас же успокоиться и поехать со мной, — мужчина продолжал стоять надо мной, сложив на руки груди. — И это не обсуждается.

Я до боли укусила себя за нижнюю губу, подавляя наступающие слезы, и подняла заплаканные глаза на мужчину.

— Зачем? Что вам от меня нужно?..

— Мне от тебя ничего не нужно, Вика, — Кравцов говорил ровно и холодно. — Но твой отец взял с меня обещание, что в случае его смерти, я позабочусь о тебе, пока ты не встанешь на ноги. Я сдержу данное ему слово. Поэтому успокойся, слезами горю не поможешь.

Не поняла… что значит, Кравцов позаботится обо мне? Это шутка, да?

— О чем вы говорите? — не поняла я, шмыгнув носом. — Как это вы позаботитесь обо мне?

Серые глаза сузились.

— Это значит, что после похорон ты переезжаешь в мой дом и будешь жить со мной, пока не закончишь институт. В то время пока ты будешь спокойно учиться, бизнес твоего отца ляжет на мои плечи, — Борис взял в руки свое пальто, которое лежало рядом со мной, и выпрямился. — Если ты закончила разводить сопли, то мы можем ехать."

"Господи, что происходит? Как отец мог завещать меня этому бандиту? Он холоден со мной и явно не рад, что я свалилась на его шею, а еще не имеет никакого понятия, как мне сейчас тяжело! Будто это так просто выключить эмоции, оградиться от всего мира и просто забыть о произошедшем!

— Время, Вика, — снова сказал он. — Поплачешь на похоронах, если захочешь. Жду тебя внизу.

* * *Бандит! Бездушный гад! Ненавижу!..

Головная боль усиливалась, а мысли путались. Кое-как взяв себя в руки, я стерла со щеки темные потеки слез перемешанных с тушью для ресниц и поднялась, крепко держа в руках сумку. Каким-то чудом моя верхняя одежда оказалась у охранника, так что как только я оделась, Борис равнодушно окинул меня взглядом и молча пошел вдоль коридора, игнорируя встречающихся ему на пути людей.

Когда мы выбрались на улицу, мне в лицо ударил поток холодного мартовского ветра, обжигая мокрые щеки, и я поежилась, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза с новой силой.