Балласт для Бориса (СИ)

Раздался выстрел, от которого я вскрикнула и прикрыла голову руками, но, кажется, пуля попала в стену.

— Выбирай выражения, — зло сказала Елена. — Это был предупредительный выстрел. Хочу, чтобы ты поняла одну вещь — я убью тебя и даже глазом не моргну!..

Вот сейчас мне стало страшно, очень… потому что я знала — меня уже никто не спасет. Поэтому Руслан и дал мне пистолет? Он знал, что все так будет?..

— Фомин уговаривал меня отдать тебя ему и не марать руки, но соблазн прикончить очень велик, — она облизнула губы. — Твой отец очень сильно обидел меня: бросил с ребенком одну, а потом не захотел его признавать. Александр предпочел твою мать, а не меня!..

— И я его прекрасно понимаю, — тихо сказала. — Ты действительно сумасшедшая…

Снова выстрел, на этот раз в спинку дивана, почти рядом со мной, но на этот раз, я только зажмурилась, изо всех сил стараясь сохранить спокойствие, хотя я еще никогда не была так близка к смерти.

— В третий раз всажу пулю тебе в голову, — предупредила Федорова и откинулась на спинку кресла.

Не шутит. Она действительно способна на это."

"— За отнятые двенадцать лет жизни, я заберу все деньги Чернова и наконец-то заживу счастливо. Честно признаться, я и раньше хотела лишь его денег, поэтому и легла под него пьяного, — блондинка усмехнулась и закинула ногу на ногу. — Руслан был мне нужен только для того, чтобы удержать Чернова, но раз уж ничего не вышло, я быстро избавилась от пешек и завела новый, взаимовыгодный роман… такова наша женская натура…

Я презрительно фыркнула и зло посмотрела на женщину.

— Не обобщай. Не все женщины такие меркантильные, как ты… — сказала, прежде чем успела подумать.

Третий выстрел раздался мгновенно, и я почувствовала дикую боль в левой ноге, отчего свалилась на пол и взвыла, хватаясь за рану.

— Вот видишь, я говорила вполне серьезно, — эта ненормальная поднялась с места и брезгливо посмотрела на меня сверху вниз. — Мне ничего не стоит прикончить тебя…

Боже, как же мне было больно! Просто чудовищно!

Я каталась по полу и просто ревела как белуга, ощущала на руках свою кровь, но боялась опустить глаза.

— Вот теперь ты точно никуда не убежишь, — Елена повернулась ко мне спиной, продолжая сжимать в руке оружие. Теперь ее взгляд был прикован к огню в камине. — Ты не представляешь себе, что это такое — двенадцать лет в тюрьме…

Эта чокнутая говорила что-то еще, но я не могла сосредоточиться на ее словах. Я успела лишь подумать о том, что вот именно сейчас все решится — либо я убью ее, защищая себя, либо это сделает она.

Валяясь на боку, я занесла левую руку за спину и вытащила из пояса пистолет, после чего неуверенно сжала его в ладонях, направляя в сторону блондинки.