Штурм Бахмута. Позывной «Констебль»

Отделениями мы называли наши отряды для удобства – чтобы обозначать группу бойцов в понятных для солдата терминах. Наши отделения могли насчитывать до пятидесяти бойцов, а взвод по численности мог доходить и до двухсот.

– Давно они тут? – спросил «Крапива» у инструктора.

– Десять дней. Мы их немного погоняли уже. В основной массе это просто тела. Но есть толковые бойцы с боевым опытом и опытом службы.

– Откуда?

– Из брянских и смоленских зон.

– Статьи?

– Да, как обычно. В основном убийцы и хулиганы. Есть немного наркоманов, но их совсем мало.

– Ясно, – «Крапива» посмотрел на нас. – Разбирайте.

– Как будем делить? – спросил «Антиген».

– По моему опыту общения с зеками они лучше вас знают, с кем им лучше. Они из одной зоны и давно сплотились в отдельные группы.

– со своими «авторитетами», – добавил инструктор.

– Ок, – кивнул «Крапива», – пусть поделятся сами.

Перед нами в полумгле тумана стояла шеренга одетых в камуфляж людей. Выглядели они так же угловато, как и мы в своих новых бушлатах и армейских берцах.

Их инструкторы объявили им, что нужно разделиться на три отделения по пятьдесят человек. Общий строй в ту же секунду пришел в движение. На первый взгляд двигались они хаотично, но в этом просматривалась своя структура. Люди сбивались в пары, перемешивались и кучковались по одним им известным признакам. Вскоре перед нами стояло три отдельных квадрата. Было видно, что построение для них не в новинку. Я оглядел свой отряд и решил сразу познакомиться с ними поближе.

– Слушай мою команду. Десять шагов вправо принять, – отряд нестройно сдвинулся на десять шагов и замер. – Мой позывной – «Констебль». Я ваш новый командир. Много говорить не буду. У нас есть две задачи: обустроиться с бытом, чем мы с вами и займемся в ближайшее время, и ежедневная боевая подготовка в течение двух недель.

– Не переживай, командир. Все будет по красоте. Командуй, – заявил от коллектива крепкий, коренастый боец с азиатской внешностью.

– Гавары, что делат – будем делат, – сказал взрослый дядька лет пятидесяти.

– Ты не менжуйся, командир. Бобо правильно все сказал. Мы тут все добровольно. Правильно, братва? – опять высказался за всех первый.

Они единодушно закивали в знак согласия.

«Видимо, местный авторитет», – подумал я, рассматривая говорящего.

– Два шага из строя, боец – он нехотя вышел с ухмылкой на лице.

Но в ухмылке не было дерзости или зла. Для него это была новая игра с новым «дубаком», за которого они меня принимали.

– Я смотрю, ты тут самый дерзкий – значит, будешь моим заместителем и гранатометчиком. Гранатометчик – самый важный человек в отделении! И первая цель для противника.

– Как скажешь, командир, – уверенно ответил он.