Багровый берег (ЛП)

Тем не менее, во время обеда я поинтересовался документами леди Харвелл. Оказалось, что три оставшихся Харвелла ничего не знали ни о каких документах, но сообщили мне, что, если они и существуют, то их следует искать на чердаке. Естественно, я запросил к ним доступ. После кратких уговоров они согласились. Итак, обед закончился, и сэр Б. провел меня по гулким галереям и по путаным лестницам, после чего завел меня на чердак, который находился под самой крышей особняка. Здесь не было электричества, но, к счастью, я был достаточно дальновиден, чтобы взять с собой фонарик с запасными батарейками.

Чердак был огромен! В нем господствовал беспорядок недалекий от элювия: здесь валялись части старинных пароходных труб, стопки пустых деревянных ящиков для перевозки грузов, манекены портного, печатные принадлежности, бесконечные груды старых экземпляров «the Times» и номеров «Punch», датированные несколькими десятилетиями назад и бережно связанные шпагатом. Все было покрыто толстым слоем пыли, и с каждым шагом она все больше поднималась в воздух и распушала свои ядовитые перья. Сначала сэр Б. присматривал за мной — возможно, он боялся, что я наполню свои карманы какими-то древними побрякушками, — но с тем, чтобы держать меня подальше от всего этого хлама, пыль и крысы справлялись лучше него, и он извинился за это."

"Я провел здесь час, моя спина жутко болела от постоянной нужды наклоняться под низким потолком, мои глаза, нос, руки и одежда полностью запылились, и, несмотря на все эти старания и жертвы, я не нашел ничего полезного или ценного. Однако когда я уже собирался сдаться и спуститься вниз, на грешную землю, луч моего фонарика вдруг осветил нечто любопытное — старинный деревянный шкаф. Что-то в нем вызвало мой интерес: даже сквозь слой пыли я смог рассмотреть, что этот шкаф был более высокого качества, нежели его соседи. После того, как я стер пыль манжетой моего пиджака, я понял, что шкаф сделан из высококачественного палисандра с латунной отделкой. К счастью, он был не заперт. Я открыл дверцу и нашел именно ту сокровищницу, на которую и надеялся.

Внутри двух ящиков находились десятки различных документов леди Харвелл: документы по имению, различные папки, юридические документы, правосторонние споры, которые она вела с соседом, ранняя копия ее завещания. Но наибольший интерес для меня представлял дневник, который она вела с подросткового возраста, то есть, с начала двадцатых годов. А еще связка писем, перевязанных лентой — это была переписка, которую она поддерживала с сэром Хьюбертом Харвеллом во времена их романа.