Багряная радуга

Помнишь рассказ старика об увещевании врагов, примирении с другими народами? Ложь. Они просто убивали. Правителей, которым не нравились, их ближних, не желающих иметь дело с убийцами. Подло, кинжалами и ядами, не боясь смерти и пыток. Потому что потом их ждал обязательно рай. Считается, что они остались в прошлом. Как видишь, это не так. Может быть и твоя семья погибла потому, что в Стамбуле узнали о покровительстве паши этим фанатикам.

Делал вскинулась:

— Это не оправдывает!

— Не оправдывает, но объясняет. Осталось понять, что нам делать дальше. Галлийский король, османский султан, этот старец. Они же играют нами, как дети с куклой. Что-то говорили, что-то обещали, в чем-то даже клялись. Надоело. Пора сесть за стол в качестве игрока. И правила игры отныне будем задавать сами. Согласна?"

"Делал обняла мужа, уткнулась лицом в его плечо и прошептала:

— Конечно. Вместе мы всех победим!

Никаких сомнений. Вот только силы неравны. У старца организация, в которой каждый не задумываясь пойдет на смерть по его приказу. У галлийского короля — разведка, наверняка пустившая корни и здесь, в Магрибе. У султана и вовсе весь государственный аппарат под рукой, отлаженный и умелый.

А что у них? Любовь? В играх, где решаются вопросы власти, нет места таким понятиям. Право наследницы? Не подкрепленное реальной силой, оно ничтожно. Так, повод посмеяться власть предержащим.

Остается что? Бросить карты на стол, выйти из игры и поселиться где-нибудь в далекой деревне, надеясь на плохую память прочих игроков? Тоже не вариант. Не забудут. Хуже, каждый будет считать, что сбежавшие сговорились с его противником и постарается выбить этот козырь.

Так что остается?

Вот об этом и разговаривали молодые супруги, демонстрируя внешне милую болтовню влюбленных. Кому? Мысль, что Старец горы позволит так запросто гулять в окрестностях Умирающего города, им даже в голову не пришла. Обязательно кто-то сейчас смотрит на них, чтобы потом отчитаться, сколько раз объекты взялись за руки, сколько раз обнялись, сколько раз поцеловались. Что же, пусть смотрят, пусть обзавидуются. Главное, что не услышат.

* * *Утро следующего дня началось с посыльного — молодого паренька лет двенадцати в скромной, но добротной одежде. Приглашение Старца горы посетить его в полдень — время вполне подходящее, чтобы уважаемые гости успели привести себя в порядок и собраться с мыслями.

Вот и знакомый двор, знакомые ворота открылись не дожидаясь, когда в них постучат.

— Друзья, я вас приветствую! — Хозяин — само радушие и море обаяния. — Прошу в дом, пожалуйста, укроемся от солнца.

И впрямь, остывшие за ночь толстые каменные стены давали прохладу, казалось, невозможную в полуденный зной.