Багряная радуга

Лучшего, чем ты, достойного твоей гибели. Но это случится нескоро, а пока — насладимся же жизнью! Ее вкусом, запахом, плотью. Всем тем, что дают заработанные твоим искусством деньги.

Но вначале их не просто заработаем — создадим очередной шедевр.

Заказчик сказал, что мишень (не будем даже в мыслях называть жертвы людьми, не следует допускать даже намеков на сострадание, ведущее к неизбежному волнению) — офицер, чего-то там престижное закончивший, где-то там повоевавший. И что? В бою один на один он — ничтожество, способное только позорить высокое искусство фехтования."

"То ли дело маркиз Коррадини! Вот он действительно человек. Ни разу не проигравший, с детства поражавший учителей невероятной скоростью и точностью. Первый учитель сбежал после первого же урока, избитый палкой, изображавшей учебный клинок. Второй продержался подольше, но все равно недолго. А потом были только дуэли. В основном до первой крови, кончавшиеся мелкими ранами соперников — зачем получать неприятности даром, когда желаешь получить лишь опыт. Убивать — только за деньги, причем за большие деньги.

Для этого недостаточно фехтовального мастерства — надо знать медицину, строение человека, чтобы ничего не оставить на волю случая.

Как сегодня, например. Будут сказаны положенные слова, сделаны поклоны и приветственные взмахи шпагами (до сих пор непонятно на кой черт). И нанесен лишь один дозволенный правилами укол. В нужную точку, под нужным углом.

Потом можно бросаться на помощь уже трупу, говорить горькие слова, выражать сочувствие. А думать об увесистом мешочке с золотом, ждущем победителя в заранее обусловленном месте.

От приятных мыслей поднялось настроение, Коррадини улыбнулся и в ответ сами собой появились улыбки на лицах встречных прохожих. Рабочих, торопившихся поскорей заработать на свой нелегкий хлеб, пары спешащих на службу стражников, милой девушки, легкой и плавной походкой идущей навстречу.

Но в этом городе женщины не ходят поодиночке, где сопровождающий?

Эту мысль он не додумал.

Укол!

Коррадини еще понял, что в нужную точку. Но осознать, что под нужным углом, уже не успел. Сознание померкло, он умер.

Прохожие бросились к упавшему мужчине. После грамотного удара крови вытекает немного, она осталась под одеждой, так что все решили, что произошел сердечный приступ, попытались оказать помощь. О недавно прошедшей девушке не вспомнил никто.

Резиденция реис уль-кюттаба

— То есть это провал. Полный и окончательный. Так я должен докладывать? — Голос хозяина кабинета звучал мягко, почти ласково.

Отчего стало вдвойне страшно.

— Это случайность, досадная случайность, я клянусь!

— Случайность. Случайность — это то, что не удалось еще обобщить, как сказал один великий гяур.