Пассажир без багажа

Клянусь, я не выдумываю! И почему он у тебя не взял подписку о невыезде, а у меня взял?

– Он просто забыл, – предположила Ирина.

– Нет! Он точно, думает на меня. И я тебе скажу, почему! Девчонку-то зарезали – так же, как нашу Елизавету. Разве женщина может такое сделать?

Ирина мягко напомнила ему, что вчера, на попойке, она говорила то же самое, а он ее не поддержал.

– Я ведь тоже думала, что женщина на такое не способна, – сказала она. – Ну, не верю я в такое! Отравить – да, застрелить – случается… Но чтобы ножом по горлу… Да еще два раза… Теперь-то я точно думаю, что это был мужчина.

– Значит, я?! – вскинулся Борис.

– Нет. Не ты. Кто-то другой.

– А как этот другой туда попал?! – В его голосе зазвенела истерическая нотка, и он снова показался ей похожим на подростка. Легко возбудимый, вспыльчивый… Нелепый и невиновный. Невиновный – она была уверена в этом, и сама не знала, почему. Возможно, потому, что когда она его поцеловала, его губы были солеными – дожидаясь ее, Борис плакал. Она была уверена в этом.

– Разве так уж трудно попасть в мастерскую? – возразила она, вставая с дивана и раздергивая шторы. Утром, поднявшись, чтобы идти на работу, она не сделала этого, и теперь в комнате было темновато. Беспощадный дневной свет ударил ей в глаза, и Борис невольно поднял руку, будто защищаясь от удара.

– Кто-то мог позвонить, и она открыла.

– Она бы не открыла незнакомому, – бросил он. – Она боялась, говорю тебе! Осмелела только потому, что кровь уже смыла, да и водка, наверное, подействовала…

– Значит, пришел кто-то знакомый!

– Ну да, я вернулся!

Девушка присела на подлокотник кресла, взяла его за руку:

– Прекрати эту истерику. Иначе я пожалею, что поцеловала тебя.

Он засмеялся, опуская голову, стараясь не встречаться с ее взглядом. Вырвал руку и прикрыл ладонью глаза:

– Кошмар! Что ты со мной возишься, неужели тебе не страшно? Те две дуры сбежали от меня, как от чумы! Им, видите ли, было противно сидеть со мной рядом! Отговорились тем, что дома дела… Если дела – зачем они вообще пришли на работу?

Ирина окончательно рассердилась:

– Что для тебя важнее – мнение каких-то дур, или мое? Я верю, что ты не убивал Лену – тебе этого мало? Может, я одна в это верю, но все-таки, это уже немало! Ты докажешь, что не делал этого! Мы докажем!"

"– Как? – затравленно спросил он. – Что я могу доказать? Я рассказал следователю то, что узнал от Ленки. Когда мы остались вдвоем, она мне кое-что сообщила. Весьма странную вещь. Оказывается, в тот день, когда убили Елизавету, в мастерскую явилась какая-то женщина. Представилась, как Елизаветина знакомая, и Ленка открыла ей дверь. Понимаешь? Все повторяется! Ленка опять осталась одна, вечером, чтобы убраться.