Бабулька на горошине

Головой она пользовалась исключительно для того, чтобы в нее есть. Ванечка, тебя интересует личная жизнь Олимпиады?

– Да, очень, – признался я. – При жизни Липы еще не было интернета, соцсетей. Сейчас граждане с энтузиазмом сообщают всем, как ведут себя их соседи, друзья, коллеги. Да и про себя пишут что надо и не надо. Во времена моего детства тоже было в достатке сплетников, но ареал их деятельности ограничивался коммунальной квартирой, двором, местом работы. По всей стране весть о том, что Марию Ивановну в отсутствие мужа посещает Петр Петрович, не разносилась. Поэтому о вашей сестре во Всемирной паутине сведений нет, она человек из доайфоновой эры.

– И слава богу, – обрадовалась Мавра, – я все тебе расскажу. Понимаю, конечно, что ты сообщишь информацию для Вениамина. Так вот, если он запоет песню о том, что хочет помочь своей нищей, немощной, престарелой тетке, то объясни ему, что я ни в чем не нуждаюсь, прекрасно обеспечена, у меня есть мальчик, которого я воспитала, он добился успеха. Не родной ребенок по крови, но родной по духу, мой настоящий сын. А Вениамина Олимпиада мне не показывала по причине отсутствия ума. Она боялась, что я открою ему всю правду о его матери. Понимаешь, дружок, каждый меряет всех по себе. На что сам способен, в том и других уличает.

Мавра приподняла бровь.

– Итак! Думаю, Вениамину нужно знать правду о своей матери, брате и об отце. Я единственный человек, который в курсе всех событий. Остальные, кто владел информацией, умерли. Ты, мальчик мой, сын Павла, нашего с Мишей друга, и Николетты, а дитя таких родителей не может быть подлым. Павел – святой человек. А Ники… Ну, она капризная, взбалмошная, жадная, любит быть в центре внимания, терпеть не может детей любого возраста, обожает хвастаться богатством, считает себя лучше всех. Но! Ванечка, когда Ники забеременела от Павла, они уже состояли в браке. Не ловила она мужика на ребенка. Если кто тебе говорил другое, не верь. Понимаешь, Николетту от младенцев корежит, она тщательно предохранялась. И вдруг ошибка! Аборт Ники могла сделать без проблем, денег у нее на обезболивание хватало. Но ты жив. Почему? Мне она сказала: «Не могу убить живого человека». Мать из нее получилась фиговая, но она к тебе относилась хорошо, насколько умела. И у них с Павлом поначалу горела любовь, потом Николетта становилась все вздорнее, глупее, объелась денег и внимания, которое ей, как супруге обожаемого народом писателя, уделяли. Она задрала нос и стала такой, какой ты ее знаешь. Ники окружила себя подругами, создала свой мирок, в котором царствует. Твоя мать счастлива и убеждена: все, что она имела и имеет, дано ей по справедливости из-за ее красоты и ума. Я тоже посещала ее суаре и журфиксы.