Серийный бабник

– Как уходит? – вскинулась она. – Куда?

– Не знаю!

– Он же еле ноги волочил! Мы его на себе перли! Ему что, настолько лучше стало? Мы его так хорошо вылечили?

Но Кира недолго грезила славой эскулапа. Оказалось, что больному лучше не стало. Даже напротив. Жар у него усилился. А вместе с ним появилась и какая-то нервозность.

– Представляешь, я ушла толочь эти проклятые таблетки, потому что рана снова намокла, прихожу, а он уже на четвереньках стоит и раскачивается.

– Голый?

– В дедушкиных кальсонах! Я их ему дала. Но не в этом дело! Я ему и говорю, ложись, Ромик, тебе отдыхать нужно.

– А почему Ромик?

– Господи! – почти зарыдала Леся. – Кира, ну какая разница?

– Как это?

– Нет, ну ты все-таки до чего занудная бываешь! Должна же я была его как-то называть?

– Ну да.

– Вот я и окрестила его Ромиком. А что? Ромиков у меня еще никогда не было!

– Это точно, – согласилась с ней Кира.

– Поэтому я и подумала, а вдруг мне с ним повезет? Дай-ка я назову его так, чтобы дурных ассоциаций не возникало.

– Ну что же, – одобрила ее Кира. – Учитывая, что его могут звать от Алекса до Якова, ты поступила разумно. Можно сказать, даже мудро.

– Кира! Оставь свой тон. Говорю тебе, он уходит. Что делать? Он же больной. И почти голый!

– А почему до сих пор не ушел? Мы с тобой уже довольно долго болтаем. Если бы хотел, давно бы уже мог уйти.

– Как бы не так! Я дверь заперла. А ключей у него нет.

– Значит, он сейчас твою дверь ломает?

– Нет, похоже, пока до него еще не дошло, что для того, чтобы открыть дверь, нужен ключ. Он пока ее просто дергает.

– Ну, она у тебя железная. Пусть дергает хоть до посинения.

Но оказывается, успокоилась она рано. Внезапно в трубке раздался страшный грохот. Кира даже на расстоянии вздрогнула.

– Ой! Он упал! – испуганно прошептала Леся. – Кирочка, я тебе потом перезвоню!

Поняв, что ее подруге сегодня и без нее будет не скучно, Кира удовлетворенно хмыкнула.

– Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало.

И, широко зевнув, попыталась вспомнить, все ли она сделала, что было намечено. Ах да! Людмила! С ней-то она еще не поговорила. Но несмотря на все усилия Киры, Людмилу она в свободном хождении по дому так и не обнаружила. Дверь в ее спальню оказалась закрыта. Похоже, женщине всерьез надоело то, что происходит в ее доме. И она решила закрыться на все замки у себя и отдохнуть от всего и всех. Мудрое решение! Осуждать ее Кира не могла.

У самой Киры глаза буквально слипались. И она тоже отправилась на боковую. Надо было воспользоваться передышкой, когда лично ей не требовалось ни за кем ухаживать. А то ведь, как знать, вдруг завтра Борис снова свалится ей на голову.

– Впрочем, за Борисом есть кому ухаживать, – хмыкнула Кира. – У него ведь Настя имеется."

"При этой мысли на душе у девушки стало неприятно и тревожно.