Месть в ажурных чулках

— У нас есть основания думать, что ее подставили, — произнесла Кира.

— Вам видней, — не стал спорить Никита Львович. — Только кто же тогда, по вашему мнению, стоит за убийством Ваго?

— Возможно, это была одна из его любовниц? — спросила осмелевшая Леся.

— Любовница! Ну да! Именно любовница! — закричал Никита Львович, вскакивая из-за стола и начиная носиться кругами вокруг него.

Когда он поднялся в полный рост, то сразу стало ясно, что, в дополнение к лысине, он еще является «счастливым» обладателем пары удивительно кривых ног. Да и ростом Никита Львович не вышел. Стоя на цыпочках, он едва дотягивался Лесе до подбородка. А она была девушкой отнюдь не рослой, а скорей уж изящной. И если время от времени и начинала расти, то только вширь.

В общем, Никита Львович был тот еще красавец. Да и лихорадочно блестящие красные воспаленные глаза привлекательности ему не добавляли.

— Я уже двадцать раз вам сказал, что это могла сделать только она! — закричал он, схватив Лесю за руку. — Если у кого и был на Ваго зуб, то именно у этой ужасной девицы! И ведь нельзя сказать, что Ваго плохо с ней обошелся! Хотя я сразу его предупреждал, что от подобранной на панели девицы добра ждать нечего. Жизнь — это вам не кино, а российская проститутка даже в душе никакая не Джулия Роберте! Лилька, если хотите знать, самая обычная панельная девка без образования, без понятия о том, что хорошо и что плохо. И, уж конечно, совершенно без чувства благодарности.

Такие особы способны только брать, брат и брать, не уважая при этом того, кто им дает.

— Но Ваго Акопович все же разочаровался в этой девушке, — напомнила ему Кира. — А разочаровавшись, решительно порвал с ней, не так ли?

— Да нет же! То есть да! Порвал! Перестал к ней ездить. Но из его жизни она не исчезла! Он, видите ли, считал себя обязанным позаботиться о ее будущем. Представьте себе только, оплатил ее обучение в экономическом вузе! Можете себе представить, эта проститутка, которая едва ли закончила восемь классов, — будущий экономист. Да такая, только дай ей волю, сумеет развалить не то что нашу экономику. Представляю, каким местом она добудет себе диплом! Ее же после обучения можно смело засылать в Швейцарию как экономикоподрывную бомбу!

— Но какой же у Лилии был резон убивать своего благодетеля? — удивленно спросила Леся."

"— Говорю же вам, она полная дура! — последовал безапелляционный ответ. — Такие всегда кусают руку, которая их кормит.

Итак, насчет бывшей любовницы Ваго — Лилии — подругам было все более или менее ясно. Но в жизни Ваго была еще одна женщина, занимавшая в ней не менее, а то и более важное место, чем бедная Лилия.