Месть в ажурных чулках

А иначе как бы им удалось выполнить свою благородную миссию и убедить мужчину оставить жизнь своей бывшей жене и ее новой подружке?

Второй мужчина также не был против того, чтобы их мужскую компанию разделили две такие очаровательные девушки. Оба мужчины наперебой принялись ухаживать за своими дамами, предлагая им вино, мясо, салат и заказывая для них все новые и новые кушанья.

— Все-таки южные мужчины умеют ухаживать! — восторженно шепнула на ухо подруге Леся. — Если бы мы сейчас сидели с русскими, то они бы заказали себе графин водки и принялись бы ее глушить, рассуждая о футболе и не обращая на нас никакого внимания. В лучшем случае нам бы тоже предложили махнуть с ними водочки. Но это был бы уже верх галантности с их стороны.

Кира была того же мнения. Но, наслаждаясь минутой отдыха, не забывала, ради чего они, собственно говоря, и оказались в компании Сафаила. Увы, на все упоминания о женах мужчина никак не реагировал. А его устремленные на Киру глаза оставались все такими же страстными и немного лукавыми.

И вообще, как ни старалась Кира представить себе Сафаила в роли жестокого палача, у нее это никак не получалось. Ну, не шла ему эта роль — ни по каким стандартам. Не влезал он в нее, как крупный ребенок в слишком короткие штанишки.

Однако, несмотря на отсутствие лысины на голове, злобности в характере и мстительных замыслов в мозгу, это был именно тот человек — брошенный и обманутый муж, которого подробно описала подругам Катька. Ошибки вкрасться не могло. Это был тот самый Сафаил. Жил на Горьковской, офис у него был недалеко от дома. И занимался он игорным бизнесом, владел казино и сетью игровых автоматов.

— Открывали мы наш бизнес вместе с одним моим другом, — произнес Сафаил. — Но потом так получилось, что он был вынужден уехать. И теперь я управляю всем один.

— Красивая у вас татуировка, — похвалила Кира рисунок на руке Сафаила.

Там под ремнем его дорогих платиновых часов был изображен дракон, изрыгающий клубы дыма и одновременно пытающийся укусить самого себя за хвост. Татуировка также наличествовала в перечне примет, которые надиктовала Катька подругам, описывая своего бывшего мужа.

— Я сама отвела его в салон и сама выбрала для него подходящий рисунок, — рассказывала Катька подругам. — Сафаил типичный дракон. Мудрый, коварный и неожиданно изрыгающий из себя пламя.

Итак, это был тот самый Сафаил, и… И в то же время это был не он.

— Мне тоже нравится, — кивнул тем временем Сафаил, поглаживая дракона у себя на руке. — Знаете, я сделал ее не просто так, а по совету одного моего друга… Близкого друга.

И лицо его впервые с начала разговора помрачнело.

— И где теперь ваш друг? — заметив такую реакцию, спросила у него проницательная Кира.