Каспар Фрай (авторский сборник)

– И что потом?

– Он побежал к трактиру, потом я услышал грохот и понял, что Генри исходит огнем.

– Исходит огнем, – повторил Каспар, поражаясь звучанию этих слов."

"– Как же хозяин отравил собственную жену? – спросил Бертран.

– Отравил жену? Я не знаю, зачем отравил… – Дурачок пожал плечами и вздохнул: – Теперь все умерли, я один остался.

– Ладно, мы достаточно узнали, пора уходить, – сказал Каспар.

Все ждали этой команды, никому не хотелось оставаться на нехорошем месте.

Когда обоз уже выехал на дорогу, дурачок догнал Каспара и, вцепившись в стремя, спросил:

– А можно я все сожгу?

– Зачем тебе это?

– А я давно об этом думал.

– И где же ты будешь жить?

– Не знаю…

– Жги, мне все равно.

43Обоз не отъехал и полмили, когда позади поднялся черный столб дыма. Дурачок осуществил свою мечту, мстя хозяину, который был уже мертв.

– Эй, корзинщик! – Каспар подъехал к возу, груженному лозой. – Далеко ли до твоего города?

– Завтра к обеду будем, ваша милость, – довольно осклабился тот. Он был рад, что покинул негостеприимную территорию, а еще больше радовался тому, что ненавистный форпост наконец сожжен и можно беспрепятственно ездить за лозой.

Пока был виден дым, корзинщик то и дело оглядывался, все еще не веря своему счастью.

Обеда так и не получилось, поэтому Каспар на ходу раздал остатки черствого хлеба, дополнив его кусками жирной солонины. Воды не было, путники довольствовались горстью-другой снега, который зачерпывали на ходу.

На ночлег встали на час раньше обычного, поскольку в этот день истратили сил больше, чем обычно.

– Что ни говори, ваша милость, а ночевать под защитой этого доброго леса куда приятнее, чем за пазухой воров, – признался Углук.

– Но ведь они же кормили тебя курами, – улыбнулся Каспар.

– Да, – поддержал его Фундинул, распрягая Шустрика, – возможно, за минуту до того, как бросили в бульон яд.

– Она не стала бы меня травить, глупый ты гном, она же понимала, что тогда ей смерть.

– Она не знала, что травит нас, разве ты не понял? Небось думала, что шафран сыплет или перец.

– Перец в трактирах не кладут, слишком дорогое удовольствие, перец только господам положен, вроде Бертрана, – пояснил Углук, любовно подвешивая над пламенем котел со спрессованным снегом.

– Ну конечно, ты про трактиры лучше знаешь, – не унимался гном. – Небось не один мешок костей туда сплавил, из которых потом честным людям суп варили.

– А чего же плохого в мешке костей? Чего плохого в мешке жареных свиных костей? – Углук сглотнул голодную слюну. – Этот бы мешок сюда, я бы его весь самолично съел. Я бы вывалил его в этот котел, и мы бы такой суп сварили… Эх!

– Нет уж уволь, приятель, – покачал головой Бертран. – Я такой суп кушать не стал бы.