Каспар Фрай (авторский сборник)

Вскоре они вышли к поляне, и неожиданно орк встал, будто натолкнулся на стену.

– Ты чего? – шепотом спросил Фундинул, однако Углук будто язык проглотил. Он лишь молча посторонился, чтобы гном смог все увидеть сам.

Это были озерные люди, особей двадцать, они волокли трупы гвардейцев. На суше поступь сплетенных из водорослей и ила чудовищ была шаткой и неуверенной, однако они упрямо тащили свою добычу.

Один из монстров нес отделенную от тела голову, почувствовав на себе взгляд, он остановился и, неуклюже повернувшись, уставился пустыми глазницами на орка и гнома.

Углук попятился, выставив перед собой меч, словно забыл, что от озерных людей оружие не спасает. Правда, было еще имя Каспара Фрая, однако чудовище смотрело с такой лютостью, что Углук уже не был уверен, сработает ли имя его милости на этот раз.

Впрочем, произносить имя Каспара Фрая не пришлось. Постояв еще немного, озерный человек дернулся и продолжил путь вслед ушедшим вперед сородичам.

– Тебе не кажется, что мы в этом лесу порядком задержались? – спросил Фундинул.

– Кажется, – с готовностью согласился орк, и они, не сговариваясь, почти бегом отправились к месту стоянки.

С лошадьми было все в порядке, как видно, никто из озерных людей сюда не забирался. Спустя еще несколько минут Фундинул и Углук уже сидели верхом и понукали своих скакунов по южной дороге. Трофейные мардиганцы, привязанные цугом, трусили за лошадью орка.

Около получаса они ехали молча, потом Фундинул спросил:

– Слушай, а с чего это озерный народ стал интересоваться мертвецами, ведь прежде они живых людей утаскивали?

– Наверное, потому что недобрые времена наступают.

– Ладно тебе каркать, – махнул рукой Фундинул. – И так страшно. Скажи лучше, куда мы теперь едем?

– Понятно куда – в город Ливен, к его милости Каспару Фраю. А у тебя что, другой план был?

– Нет, другого плана не было.

19

На строительстве укреплений вокруг лагеря солдаты де Гиссара работали на совесть, поскольку у герцогского бюварда, графа Эверхарда фон Марингера была репутация победителя. Он считался удачливым полководцем, хорошо воевавшим в открытом бою и преуспевавшим в так называемой подлой войне, под которой подразумевались ночные нападения, засады, отравление источников и атака обозов.

Именно поэтому де Гиссар приказал усилить посты до пяти человек в каждом, при этом все часовые считались одной сменой и не должны были спать.

Как только стемнело, разведчики ушли вперед, оставив лошадей и надеясь только на свои ноги. До полуночи все было спокойно, лазутчики не подавали сигналов тревоги, и де Гиссар начал успокаиваться, однако вскоре послышался звон мечей – отряды обеих сторон сошлись в ночном бою.

– Хотел бы я знать, что там происходит, – сказал граф.