Жена криминального авторитета

Это в последние два года, Марго относительно неплохо со мной обращалась, товар-то должен привлекать, а не отталкивать, а тогда, восемь лет назад я была обузой.

— Пусть все так, — кивнул Дима, — скажи мне только одну вещь, зачем такие сложности, почему Краснов или как его, неважно, просто не увез тебя куда подальше.

— Так это же очевидно, — посмотрела на Диму, — Саша обещаний на ветер не бросает, думаю ты знаешь, — кивнула Олегу, — он пообещал сделать все, чтобы очистить имя отца, а потому уехать он не мог, а мне десять было, одну меня отправлять куда-то было опасно, к тому же он пообещал заботиться обо мне. Когда я стала взрослее, Саша дал мне выбор, уехать и обо всем забыть или остаться и отомстить за родителей, я выбрала второе.

— За родителей? — удивился Дима, — с отцом все ясно, но твоя мать покончила с собой, насколько мне известно, за что мстить?

— Моя мать не была самоубийцей, — рявкнула я, — она была чудесной матерью и вполне себе счастливой женщиной, у нее не было поводов заканчивать жизнь самоубийством.

Меня злил тот факт, что все спустили на тормозах, никого не смутило то, что молодая здоровая женщина с ребенком, вдруг, покончила с собой, пока этот самый ребенок был в школе. Все просто кивали и соглашались с тем, что да, бедная женщина не справилась с ролью брошенки и матери одиночки. И всем вообще фиолетово было, что у этой самой матери одиночки трехкомнатная квартира в центре города, машина и вообще она не бедствует.

— Так говорят практически обо все самоубийцах, а ты была ребенком, могла не замечать предпосылок.

— Могла, — подтвердила я, — только Саша отыскал доктора, что делал заключение о смерти, Саша умел убеждать, судмедэксперт все выложил и подтвердил, что мою мать убили.

— Ты встречалась с этим доктором? Сама с ним говорила?

Помотала головой.

— Саша запретил и подробностей мне не рассказал, обещал рассказать со временем, да не успел, — из глаз потекли слезы, ненавидела показывать свою слабость, но как-то само получилось, устала, наверное.

— Я потом нашла заключение о смерти моей матери в доме Марго, получила тогда знатно от братца, за то, что влезла куда не просили, да и Марго тогда не побрезговала руку приложить, обоих хотелось на месте прибить, — призналась я.

О, я хорошо помнила тот день, когда эта дрянь оставила дверь в кабинет открытой, бумажки эти даже не в сейфе хранились, а просто в одном из ящиков в столе. Да и скрывать там было нечего, все было описано красиво, самоубийство, никаких признаков присутствия третьих лиц, единственная относительно полезная информация — имя врача, на этом все. А потом меня обнаружили, брат, конечно себя не ограничивал, но бил так, чтобы следов практически не было, терпела сцепив зубы, с болью мы уже давно нашли общий язык.