Слово авторитета

А стоило обмолвиться о том, что он израильский гражданин и не так давно вернулся из Иерусалима с многомиллионным счетом в кармане, чтобы расширять свой бизнес в России, как обожанием преисполнялась даже самая неприступная красавица.

Боулинг — единственное дело, в котором Картавый преуспел по-настоящему.

Если любовь — то обязательно несчастная, если ограбление — то непременно заканчивалось решеткой. Боулинг — иное. И завсегдатаи бара не без основания признавали его королем. Причем стопроцентные попадания он умудрялся совершать практически в любом состоянии, а если был пьян, то кураж лишь удваивался.

В правом углу бара, потягивая через соломинку коктейль из высокого матового стакана, сидела девушка лет двадцати. О ней Леня Картавый знал все или почти все. Год назад она стала «Вице-мисс Москвы» и теперь работала в одном столичном агентстве, рекламируя колготки. Получила неплохой контракт. Все это само по себе прекрасно. Но самым привлекательным в ее облике, конечно же, оставалась грудь, и руководители агентства представлялись Лене непроходимыми глупцами, если по достоинству не оценили такой выигрышный товар.

Причем девица наверняка догадывалась о совершенстве верхней половины своего тела и груди несла всегда с таким достоинством, как будто каждая из них была нашпигована золотыми монетами.

Девушка была одна и, что самое приятное, искала развлечений. Понятно, что программа подразумевала не поспешное совокупление где-нибудь в грязной каморке под лестницей, а тонкое ухаживание с цветами и ужином. Дальше — прогулка по ночной Москве с посещением двух-трех злачных точек, где собирается денежный бомонд, преуспевший не только в собственном бизнесе, но и в сфере самых экзотических развлечений. И в завершение программы, как ценный приз — широкая кровать с атласными простынями, пропитанными нежными, обволакивающими ароматами.

Неприятность же заключалась в том, что на красавицу положил глаз Лось, один из уважаемых людей района, и отдавать ее просто так не собирался. Решили разыграть девушку в боулинг, в котором Глеб Лосев тоже немало преуспел и вполне мог подвинуть Леню с заслуженного королевского трона.

По праву хозяина первым начал Леня Картавый. Брошенный шар старательно раскидал выставленные кегли, оставив лишь две у самой стеночки.

— Леня, с такими руками, как у тебя, только в заднице ковыряться, — заметил Лось. — Вот настоящий бросок, — и, взяв поудобнее шар, мягко пустил его по дорожке.

Снаряд, тяжеловато взяв разбег, ударился в самую середину, легко разметал кегли во все стороны, оставив всего лишь одну.

— Тебе этой красавицы не видать, — сдержанно задирал Леню Лось. — Такая лапочка не для тебя. Ты, Картавый, даже не представляешь, какая могучая ночь меня ожидает.