Слово авторитета

Собровцы, стоявшие рядом, заметно напряглись. Ни одна из операций не проходила без театральных импровизаций, до которых капитан был большой мастер.

— А ты бы попробовал, — нашелся Хан. — Хочешь, оставлю?

Сидевшие за столом парни дружно загоготали. А вот это был перебор.

Носком ботинка Половцев зацепил тарелку, и аппетитные косточки, брызгая кетчупом, полетели во все стороны, отскакивая от стены. Второй удар пришелся в корпус сидящему рядом, он, неловко взмахнув руками, выронил вилку и, ударившись спиной, сдержанно ойкнул.

— Лежать, скоты! Мордой в пол! — как приговор объявил Половцев.

Второй попытался подняться, но капитан коротко ткнул ему в солнечное сплетение прикладом автомата и, схватив за волосы, дернул вниз.

— Лежать, падла, пока мозги не вышиб! — коротко, без изысков приказал капитан.

Сцена никак не отразилась на аппетите Хана, он взял небольшую булочку, намазанную икрой, и начал жевать ее с большим чувством.

— Встать! — глухо произнес Половцев, подавляя в себе клокочущий гнев.

— Я за вора, — коротко и не без достоинства представился Ханов.

— А я за капитана милиции! — перед его самообладанием следовало приподнять шапку.

Удар пришелся Ильсуру Ханову в грудь, он опрокинулся со стула, а голова безвольно и с глухим стуком ударилась о стену.

Медленно, не сводя тяжелого взгляда с Половцева, стоящего над ним, правой рукой Хан потянулся во внутренний карман пиджака.

Лязгнули затворы, и три ствола, направленные в вора, сурово ощетинились.

— Не дури, — почти дружески посоветовал капитан, — если жить, конечно, хочешь.

— Маску сними, я тебя, гада, все равно урою! — пообещал Ильсур.

Стоявшие рядом собровцы слаженно подступили к Хану. Первый, не особенно церемонясь, ткнул «ствол» «каштана» прямо ему в лоб, а двое других привычно заломили руки за спину, заставив его взвыть от боли.

Капитан постучал по его карманам и, вытащив из пиджака «ствол», удовлетворенно протянул:

— «Вальтер»!.. Пакуйте его!

Майор Усольцев с интересом рассматривал Ильсура Ханова. Даже скованный наручниками, он излучал откровенную угрозу. И это сейчас, когда преимущество майора было подавляющим, а что говорить о колониях, где на него взирали, как на апостола.

Сильная личность, слов нет. Он как будто бы не смотрел, а испепелял собеседника огнем.

Все эти крики и давление на психику не для него. Закаленный человеческий материал, прошедший через горнила самых строгих тюрем. Такого колоть не в радость.

— Откуда у тебя «Вальтер-ФП»?

— В сортире валялся, начальник, не пропадать же добру. Вот я и подобрал.

Где-то в кабинетах столицы идет нешуточное оживление в московской коллегии адвокатов. А как же! Выловлен один из самых состоятельных законников Первопрестольной.