Авоська с Алмазным фондом

Так как? Согласны? Уточню: если вы откажетесь от нашего предложения, все равно потеряете журнал – вас разорят.

И что было делать Федорко? Ей не оставалось ничего иного, как ответить «да»…

Саша запихнула в рот очередное пирожное и посмотрела на меня.

– Неприятная история, – качнул головой я. – Вы пытались найти Светлову?

– Телефон, который она мне дала, отключен, – принялась перечислять свои мытарства собеседница. – Я выяснила, где гадина прописана, приехала туда – никого. Но я упорная, устроилась на лестнице. Ждала долго, вечером пришла девушка, объяснила: «Я Оля Светлова, у меня украли паспорт. Сюда часто люди приходят, которых мошенница, показав мой документ, обманула». И заплакала. Да так горько! Жалко мне ее стало. Я ушла, поняв, что не найду сволочь. Если ваш приятель собрался на ней жениться, то я готова приехать к нему и сообщить правду. Пусть поглядит, как рожа у невесты перекосится, когда она меня увидит. За сто тысяч рублей разоблачу ее. Но бабло вперед.

Я вынул телефон и показал Федорко фото.

– Узнаете кого-нибудь?

Саша сразу показала на Ирину Вилкину.

– Это мошенница. Ой, а рядом с ней та девушка, у которой украли паспорт. Они знакомы?

– Вот сволочь! – заорала Федорко. – Подставила свою подругу, сперла у нее удостоверение личности. Да на этой мрази клеймо ставить негде!

Я убрал сотовый, подумав про себя: сообразительность – не главное качество бывшего главреда. Сначала она наняла художницу, не удосужившись ее как следует проверить, хотя нужно было поинтересоваться, где еще сотрудничает девушка, позвонить в названные ею издания. В результате на голову глупой обжоры потоком полились неприятности. А сейчас Саша не скумекала, что та девушка, с которой она говорила, паспорт вовсе не теряла. Многие мошенники работают в паре и используют старый как мир трюк: один берет документ другого и выходит на охоту, второй, если ему предъявляют претензии, поет песню об утере или краже удостоверения. Услышав от меня про компаньона, собирающего жениться на Светловой, Федорко сразу обозвала Ольгу художницей-аферисткой. Гнев Саши понятен, но ей следовало спросить: «Какую Светлову вы имеете в виду? Ту, у которой украли паспорт, или мошенницу? Первую я совсем не знаю, а про вторую с удовольствием расскажу». Создается впечатление, что сладкоежка большим умом не отличается.

– Всего сто тысяч, – нудила Федорко, – это небольшая сумма. Выведем гадину на чистую воду. Я готова прямо сейчас поехать, только еще латте хлебну.

Я пообещал передать несуществующему приятелю ее предложение, расплатился с официанткой, оставил чаевые, вернулся домой и начал звонить Светловой.

Ольга трубку не снимала.