Авиатор: Назад в СССР

— Ну что, псы? Думали это всё? Сегодня в наряд по столовой заступаете, насколько я знаю. Будете там друг за друга заступаться, — сказал Бирсов, поддерживая свою загипсованную руку.

— Я гляжу, ты доволен, обморок? Силëнок не хватает, чтобы себя показать? Так ты поднасрать решил! — обратился я к ефрейтору.

— Ой-ой, — усмехнулся Баля. — Зато цель достигнута. А ты, енот, следом пойдëшь. Для тебя тоже что-нибудь придумаем.

Два ржачных животных развернулись и зашагали прочь.

— Не переживай, ну… преподаватель видел, что ты не использовал шпаргалки, — сказал Виталя.

— Охотно верю. Ну ладно, ещё не вечер.

В казарму вошëл майор Неваднев и дал указание построить заступающий наряд на «взлëтке». Сейчас должно начаться самое «интригующее» явление военной службы — инструктаж по мерам безопасности.

— Горячее голыми руками не брать. Ножом пользоваться аккуратно. В споры с работниками столовой не вступать, — в подобном ключе проходит данное мероприятие.

А уже через полчаса четыре человека, и я в том числе, стояли на первом этаже столовой в белых рубахах с длинным рукавом и рабочей одежде.

Невыносимая жара, пронзительные и оглушающие крики с кухни, а также — запах. Те самые «приятные ароматы», после которых одежду надо выбрасывать. Никакая стирка хозяйственным мылом не поможет отбить этот «ле парфюм де ль арми».

Как оказалось, здесь тоже есть свои менее энергозатратные места — хлеборезка и офицерский зал. А в моë время мы подобным не занимались! Хлеб резала одна из официанток, она же заведовала самым ходовым товаром — сливочным маслом и булочками.

В офицерский зал, где обедал начальник училища, путь и вовсе был закрыт. Нельзя было даже громко разговаривать в радиусе нескольких метров от входа в него. Сервировкой стола там занималась самая красивая из официанток. Если таковой не было на смене, то заведующая столовой. Начальника училища нужно всегда встречать, как подобает.

Нас, абитуриентов, отправили на первый этаж к своим. Однако мой путь к сервировкам столов лежал через разгрузку продуктов.

Дежурный по столовой оказался прапорщик. Из разговоров курсантов я понял, что он из службы тыла. Толстый, с усами легендарного Будëнного и совершенно незаметный, поскольку показался он перед нами только в начале наряда при получении продуктов.

— Щас опять свалит куда-то. Опять сами по себе, — сказал один из курсантов, работавший вместе со мной.

— Ну шевелитесь, шевелитесь! — подстëгивал нас прапорщик, уплетая при этом булочку с чаем. Не знаю, куда он так торопился, но тентованный ЗИЛ-157 нужно было разгрузить как можно быстрее.

— Мог бы и побольше народу дать, — сказал мой коллега, скидывая очередной мешок картошки.

Неплохо забив мышцы, я вернулся к своим на этаж.