Драконьи Авиалинии

А там… Можно было уйти из Академии, устроиться на работу, оплачивать комнату. Не мечта, но все же жизнь. А теперь оказалось, что все намного хуже. В правдивости слов Кайла я не сомневалась, слишком уж довольным он выглядел. И подпись матери я узнала без проблем.

Что придумает Кайл? В свете новой информации этот вопрос меня мучил очень сильно. И все его слова на улице не казались пустыми угрозами. Блейк, что ты наделала? Стоит ли беспокойство за одну маленькую девочку собственной жизни и свободы?

— Еще раз повторить? Вещи свои собери.

— Господин Златокрылый, — вмешалась наставница. — Ступайте с Блейк домой, время позднее. Она разбудит всех в спальне, если начнет собираться. Мы пришлем ее вещи завтра с посыльным.

Кайл хмуро кивнул и пошел к выходу. Я осталась на месте.

— Тебе два раза повторить? — Он раздраженно махнул рукой в мою сторону.

— Насколько распространяется твоя власть? — Я сглотнула. — Что, если я сбегу?

— Не сможешь. — Он пожал плечами. — Хочешь ты или нет, это не брак, заключенный по закону. Это магия, колдовство. И оно потребует от тебя ровно то, что захочу я.

— Это незаконно, — прошептала я пересохшими губами. — Это незаконно. Такая магия запрещена. Это… это же ментальное воздействие!

— Запрещена, — расплылся в улыбке Кайл. — Вот только расторгнуть-то контракт нельзя.

— Зато можно тебя посадить! И я этим непременно займусь. Заодно и Эллы лишишься, теперь я точно уверена, что поступила правильно."

"Кажется, зря я это сказала. Глаза Погонщика потемнели, он подошел вплотную, заставив меня вжаться в стену. И схватил за горло. Не сжимая, но довольно ощутимо, намеренно пугая. Удавалось это ему, что еще сказать.

— Посадить можно, — спокойно, даже слишком, сказал Кайл. — И даже без особых проблем. Вот только жить-то ты как будешь? Вдали от меня, ягодка, тебе будет очень плохо. Хочешь подохнуть — пожалуйста, я возражать не стану. Но, вижу, не хочешь. Именно поэтому завтра тебе принесут договор, и ты его подпишешь. И для всех станешь моей женой официально. А потом заберешь свою бумагу, объяснив это обидой на жениха, поняла?

Оставалось лишь слабо кивнуть и свободно вдохнуть. Когда тебя так прижимают к стене и хватают за горло — согласишься с чем угодно. Больше всего поражала реакция наставницы. Она стояла и смотрела на мое унижение совершенно спокойно, будто решала очередной приютский вопрос. Как все-таки можно ошибаться в человеке…

— Дамы — вперед, — ухмыльнулся Погонщик, буквально вытолкнув меня на улицу. — Попробуешь сбежать, откроешь мне мир неведомых доселе развлечений. Я с удовольствием потаскаю тебя на плече, например, вниз башкой. А что? Мозгов все равно нет, авось кровь прильет и ты перестанешь думать задним местом.

Пришлось проигнорировать это.