Проект «Аве Мария»

– Шестьдесят секунд, – ответил Леклер.

– То есть мы нашли решение всех проблем? – поинтересовался я. – А можно периодически откалывать по кусочку от Антарктиды и с помощью метана поддерживать Землю в тепле?

Я взглянул на Стратт и Леклера, стоящих бок о бок. Еще ни разу в истории человечества вся полнота власти и влияния не сосредоточивалась в руках столь малого количества избранных. И эти двое – только лишь двое! – в буквальном смысле изменят лицо Земли!

– Мне любопытно, – обратился я к Стратт, – чем вы станете заниматься после запуска «Аве Марии»?

– Я? – переспросила она. – Не имеет значения. Как только стартует «Аве Мария», я лишусь всех полномочий. Возможно, несколько государств, разъяренных моим самоуправством, заведут против меня судебные дела за превышение власти, и остаток жизни я проведу в тюрьме.

– А в соседнюю камеру посадят меня, – вставил Леклер.

– И вас это вообще не волнует? – изумился я.

– Мы все чем-то жертвуем. – Стратт пожала плечами. – И если ради спасения мира мне придется стать «мальчиком для битья», значит, такова моя жертва.

– Странная у вас логика, – заметил я.

– Не совсем. Когда альтернативный исход – гибель всего нашего вида, выбор очевиден. Никаких моральных дилемм, никаких сомнений, кому как лучше. Есть лишь единственная цель: помочь проекту двигаться вперед.

– То же самое я говорю себе, – отозвался Леклер. – Три… два… один… Детонация!

Ничего не произошло. Береговая линия оставалась без изменений. Ни взрыва, ни вспышки, ни хотя бы хлопка.

Леклер сверился с планшетом.

– Бомбы сработали. Ударная волна дойдет сюда минут через десять. Звук будет примерно, как отдаленный раскат грома, не более того.

Он опустил глаза на палубу.

– Вы сделали то, что требовалось. – Стратт положила руку на плечо Леклеру. – Мы все сейчас делаем то, что от нас требуется.

Он закрыл лицо руками и разрыдался.

Мы с Рокки часами беседуем о биологии. Нас обоих очень интересует, как устроено тело другого. Еще бы – иначе плохими мы были бы учеными.

Признаюсь, физиология эридианцев изумляет. В силу близости Эрид к своей звезде, на планету поступает колоссальный объем энергии. И потому эридианцы, будучи на вершине пищевой цепи, научились перерабатывать гораздо больше энергии, чем люди. Насколько больше? В теле эридианцев есть особые мешки, в которых хранится АТФ, или аденозинтрифосфорная кислота, – основной источник энергии для всех форм жизни, основанных на ДНК. Обычно АТФ образуется в клетках, но у эридианцев ее столько, что понадобилось отдельное хранилище.

У людей есть волосы, ногти, зубная эмаль и прочие «мертвые» ткани, которые крайне важны для нашего тела. Но эридианцы довели эту идею до крайности. Туловище Рокки состоит из окисленной руды.