Аукцион невинности. Двойная ставка

Но, когда вижу, как ей хорошо, все уходит на второй план. Все становится лишним и ненужным, теряющим смысл, когда она рядом.

Член стоял колом, сочась смазкой, сняв Сашу с члена Тимура, подхватил ее на руки, насаживая на свой стояк. А она сама кусала мои губы, цеплялась за одежду, рвала пуговицы на рубашке и стонала, так сладко, что я готов был кончить, сделав всего несколько толчков.

ТТ стоял сзади, целовал ее спину, ласкал ягодицы, я понимал, что он симулирует ее анус, поэтому входил медленно.

— Шума, девочка должна кончить еще раз, сделай так, чтоб ей было хорошо.

— Заткнись.

Увеличил проникновение, сменив угол, Александра, запрокинув голову, начала сжимать меня изнутри мышцами влагалища, при этом влаги стало еще больше, она стекала по яйцам. А я скрипел зубами, дурея, словно от убойного пойла и дури — ее страсти.

— Давай, котенок, подари нам еще один оргазм, давай, маленькая, накорми свою голодную девочку удовольствием. Чувствуешь, как член Захара входит в тебя, как до этого входил мой? У тебя такая узкая попка, такая сладкая, я потом вылижу её.

Тимур говорил пошлости, Саша задрожала в моих руках, царапая плечи, впиваясь ногтями до боли, но мне было хорошо. А когда девочка начала кончать, сжал зубы, чтоб не слить самому и не накачать ее спермой, оттягивая свой оргазм.

— Умница, девочка, вот так, такая нежная и отзывчивая.

— Тимур… прекрати… а-а-а-а… да-а-а-а-а.

— Нравится, да? Как же я могу прекратить, если тебе так нравится?

Снял ее со своего стоящего колом с бордовой от перевозбуждения головкой члена, Тимур подхватил Александру на руки, был уже голым, понес на второй этаж.

Сам снимал остатки одежды на ходу, следуя за ними. А в ее комнате, где я сейчас проснулся, все продолжилось.

— Да, вот так, котенок, иди ко мне, дай мне свою попку, разведи бедра шире, сядь на мои губы.

Я смотрел словно загипнотизированный, как в свете луны, что освещала все, что происходило на кровати. Саша стояла на коленях ко мне лицом, сжимала грудь, сидя промежностью на губах Тимура.

Встал рядом, руки тряслись, ласкал ее тело, лизал языком набухшие соски, покусывал, посасывал. А она массировала мой каменный стояк, сжимала головку, гладила полные спермы яйца.

— Все, не могу больше, — ТТ прохрипел, опуская девушку ниже, раздвигая ее ягодицы, толкаясь в узкую попку."

"Мы оба больше не могли ждать.

И вот наши члены уже внутри нее. Саша стонала, кричала, принимала нас двоих, все происходящее было невероятным, не вписывающимся в рамки нормальности, но мы кончили почти одновременно.

Сперма мощными струями вырывалась из моего члена глубоко в сокращающееся на нем влагалище девушки. Тимур тихо простонал, матерился, накачивая ее узкую попку своей спермой.

— Твою же мать.

Потом был душ и снова ласки, поцелуи.