Атомный поезд. Том 1

За ней стоял средних лет милиционер с папкой под мышкой. Он деловито приставил к кровати стул, уселся с привычной основательностью, достал какие-то бумаги и только потом взглянул на забинтованного парня.

– Здорово, герой! Я участковый, капитан Вершинин, веду дознание по твоему делу. Как себя чувствуешь?

– Внутри все гудит, – вымолвил Виктор. – Я как трансформаторная будка. И слабость. А боли не чувствую.

– Будка, говоришь? Бывает. Н у, рассказывай, как все было.

Виктор поднял свободную руку, дотронулся до бинтов на голове. Вторая рука была закована в гипс.

– Мотоцикл цел? – озабоченно спросил он."

"– Во дает! – капитан обернулся к санитарке, как бы приглашая ее в свидетели. – Чудом на этом свете зацепился, доктора говорят, в рубашке родился, мог без руки остаться, а то и вообще копыта отбросить от кровопотери! А он про мотоцикл спрашивает!

– Так что с мотоциклом? – как зацикленный, повторил Ладынин.

– Вдребезги твой мотоцикл! – с легким удовлетворением сообщил участковый. – Только в металлолом годится. Так что больше не будешь пьяным гонять…

– Да я трезвый был! Гнал на приличной скорости, а тут шлагбаум опустился… Ночь, тишина, поезда не слышно – я и решил, что успею проскочить. И тут, как из-под земли – состав! Я не успел затормозить, так в него и влетел…

– Во сколько это было? – капитан деловито писал протокол.

– В десять, наверное. То есть в двадцать два. Или чуть позже – в двадцать два тридцать!

– Так, так… Что дальше было?

– Дальше ничего не помню…

– Так я и знал! – удовлетворенно сказал капитан Вершинин. – То есть думаете, что вы самые умные? Устроили простенькую имитацию и всех обдурили, а виноватого выгородили?

– Кого обдурили? Кого выгородили? Какую имитацию?

– Выгородили того, кто тебя сбил. Обдурили следствие. А имитация очень примитивная: положили тебя возле рельсов, рядом мотоцикл разбитый – и думаете, что все в порядке!

– Погодите, погодите, я один был! И никого не выгораживаю! Как было, так и рассказываю…

Капитан отложил протокол.

– Ладно, Витя, давай поговорим по душам. Ты на идиота не похож, да и меня идиотом не считай. Вот смотри, что получается: если бы ты столкнулся с поездом, от тебя бы остались рожки да ножки – это раз! С двадцати двух до двадцати трех через полустанок ни один поезд не проходил – это два! Там как раз в то время молодежь гуляла, и никто тебя не видел – это три! К нам позвонили около трех ночи и сказали, что на переезде лежит раненый, причем лежал ты не на шпалах, а на носилках, прооперированный, в гипсе, с выпиской из больничной карты, – это четыре! Ну, подумай сам, если даже возле тебя мотоцикл искореженный положить, кто поверит в твою историю?

Ладынин приподнялся с подушки.