Атомный поезд

— А дальше что? — спросил Арханов, покосившись на забинтованного. Тот сидел неподвижно и из узкой щели в бинтах смотрел на Лечи. От этого взгляда железный амир чувствовал себя очень неуверенно.

— Уничтожаем всех, осматриваем вагоны, забираем бомбу, взрываем поезд и уходим.

— Хорошо, — кивнул Арханов. — Когда пойдёт этот поезд?

— Пока неизвестно, — Исмаилов несколько смутился. — Ребята сидят на телефоне. За час-два всё узнаем.

Али Арханов неодобрительно покачал головой:

— За час-два подготовиться не успеете. Раз так, надо уже сейчас ставить засаду. Пусть сидят, сколько понадобится!

Полевой командир скривил губы. Такая идея ему не понравилась.

Наступила тишина. Арханов ещё раз посмотрел на своего спутника.

— Почему такой слабый газ взяли? — спросил тот. — Это для насморка, чтобы нос прочистить. Надо фосген, зарин, вэ икс брать! Нету у вас, скажите мне, я привезу!

Забинтованный обращался не к Лечи, а к Арханову.

— С зарином тут никто обращаться не умеет, — терпеливо пояснил имам. — Сами отравятся, вот и все!

— Слабый газ, говоришь? — вмешался Исмаилов. — Я таким слабым однажды десять пленных задушил. В пещере. За двадцать минут.

— Кто пойдёт на крышу? — теперь забинтованный обращался напрямую к Лечи, очевидно, признав в нём уважаемого человека.

— Вот он, Исрапил. С ним ещё один, из хархоевских.

— Бомба знаешь сколько весит? Как брать будешь?

Этот вопрос полевого командира и подавно не смутил.

— Кран подгоню, «КамАЗ», — и все дела!

— Ну, ладно! — забинтованный встал. — Посмотрим обстановку на месте. Кого где поставить, откуда стрелять, где пути разбирать.

Они вышли из сторожки, следом потянулись остальные. Арханов и забинтованный сели в микроавтобус с зашторенными окнами. Галинбаев устроился за рулём, Исмаилов сел с ним рядом.

— Бинты лучше снять, Салим, — деликатным тоном посоветовал Али. — Они больше внимания привлекают.

— Это верно, — кивнул тот. — Да и дышать трудно.

Он размотал бинт. Исрапил в зеркальце жадно рассматривал лицо таинственного и властного незнакомца. Но ничего необычного или героического в нём не находил. Обычный кавказский мужчина, на любом российском рынке таких десятки. И чего он старается, рожу прячет? Из-под воротника незнакомца вдруг выскочил упругий проводок, тот быстро заправил его на место.

— Ты поосторожней, — Арханов инстинктивно отодвинулся.

— Всё в руках Аллаха…

Салим глубоко, до самых глаз, натянул трикотажную лыжную шапочку. Кроме того, надел большие зеркальные очки.

— Поехали! — коротко скомандовал он.

В район станции Елисеевская стянулись уже около пятидесяти боевиков.