Атомный поезд

— Как себя чувствовали при запуске? — доброжелательно спросила майор Булатова. Ему вдруг показалось, что вчера в боевом вагоне ничего не происходило, это просто плод его воображения, как и разговоры с ракетой.

— Совершенно нормально. Только… Я разговаривал с «Молнией» и она мне отвечала!

— С кем разговаривали?!

— Ну с этой, ракетой! И летел вместе с ней. Правда летел. Видел землю, видел, как она попала в цель, даже немного поправил. И взрыв видел. Я рассказал всем, каким именно получилось попадание. А потом пришло подтверждение, и всё совпало!

Глаза военврача округлились. В них плескалось сочувствие и боль.

— Бедный мальчик! Это нервные перегрузки, недостаток воздуха и пространства… Беги с этого поезда! Он привезёт тебя только в психушку!

Она встала, и в тесной каюте они оказались лицом к лицу, как на крохотном пятачке свободного пространства в боевом вагоне. И вдруг Саша понял, что вчерашние воспоминания — вовсе не игра фантазии, потому что зажатые в руке таблетки фенамина вполне материальны. Значит, вполне реально то, что происходило вчера. Он понял это ещё до того, как Наталья Игоревна заперла дверь на задвижку."

"Под халатом у неё было только бельё. Александр запомнил белый живот с густой растительностью внизу — яркий контраст с выбритой везде Оксаной. Узкая неудобная полка, стук колёс, тугое бьющееся тело и требовательный стук в дверь…

— Кто это рвётся? — спросил он, когда они вынырнули из горячих влажных волн страсти.

— Не… знаю… — тяжело дыша, вымолвила женщина. И тут же добавила: — Подожди, не выходи…

Она постепенно пришла в себя и, прижавшись ухом к двери, вслушалась в происходящее снаружи.

— Кажется, никого нет… Иди, только осторожно…

Кудасов вынырнул в коридор и закрыл за собой дверь.

В метре от него стоял старший лейтенант Гамалиев.

— Ты что делал у докторши?! — зло спросил он. Кудасову показалось, что соперник нетрезв.

— Какое твоё дело? Давление измерял!

— А почему запирались?!

— Кто запирался? У тебя, видно, крыша едет… Гамалиев шагнул вперёд и ударил его в лицо. Но реакции повелителя ракет гораздо быстрее, чем у простого смертного. Кудасов пригнулся, и кулак противника со стуком въехал в стальную переборку. Раздался приглушённый вскрик. Инцидент можно было считать исчерпанным. Но остановить ракету с включённым зажиганием уже нельзя. Ответный удар, подпитанный силой атомного пуска, сбил Гамалиева на пол.

— Что тут происходит? — Наталья выглянула в коридор.

— Вот, человеку плохо стало, — ответил Александр. Стараясь не смотреть по сторонам, чтобы не привлекать к себе внимания, он прошёл второй вагон, миновал третий и, наконец, добрался до четвёртого. Везде по-прежнему шло веселье, и стало заметно, что без алкоголя не обошёлся почти никто.