Атлантарктида. Дикий, дикий Норд. Из глубины

Струйки морских перьев перестали плясать, собрались в «дымные» кольца.

– Что это значит? – с недоумением спросила Инга. – Он больше не появится?

– Думает, взвешивает возможности, – тихо сказал Шпачков. – Надо было спросить, что за комплекс они здесь построили. Очень важный объект, судя по их суете. Если это так, Правитель не станет рисковать, согласится на переговоры.

Засосало под ложечкой. Интуиция подсказывала, что в словах океанолога кроется истина. «Не лучше ли было бы взорвать этот старогейский Улей?» – подумал Вербов.

Морской конёк появился вновь.

«Мы выпустим вас. В обмен на отказ вмешиваться в наши дела и засыпать океаны отходами вашей жизнедеятельности»."

"– Я всего лишь парламентёр. Мы посланцы одной из конкурирующих человеческих структур и не можем решать проблемы такого уровня. Предлагаем переговоры с более компетентной делегацией. Но сначала вы должны сделать первый шаг – отпустить все недавно захваченные подводные аппараты.

«Мы никому ничего не должны».

Тон Правителя остался прежним – на грани полного равнодушия, но Вербов почему-то вздрогнул. Он вдруг понял, насколько чуждым человеку является этот коралловый разум.

– Вы должны знать – человечество не является единой системой и не управляется из одного центра, из-за чего на Земле и возникают конфликты. Но мы учимся договариваться. Предлагаем уладить инцидент мирным путём, и чем быстрей мы это сделаем, тем лучше. Освобождение захваченных вами подлодок послужит жестом доброй воли и гарантией того, что этот жест будет оценён позитивно. Во всяком случае, на моей родине – в России.

«Сюда опускаются ваши субмарины…»

– Как только мы выйдем отсюда, они уйдут!

Изображения «морского конька» снова исчезли.

На этот раз ожидание длилось дольше.

Не выдержала Инга:

– Ну и как будем выбираться обратно, мальчики?

– Как обычно, – ответил Вербов, с надеждой прислушиваясь к тишине в наушниках. – Сначала на «Краба», оттуда на «Десну».

– Это если старогейский Правитель нам поверит.

– А что ему остаётся? Я прав, война никому не нужна.

– Если только он не замыслил нечто, способное кардинально изменить ситуацию, – совсем тихо сказал Шпачков.

– В океане?

– На всей Земле.

Изображения «морского конька» обступили людей со всех сторон.

«Мы отпускаем вас, – заговорил в голове Вербова бесстрастный Голос. – И требуем покинуть наши владения всем подводным аппаратам. Даём сутки. Если вы не выполните наши требования, все ваши технические средства в данном районе океана будут уничтожены».

– Но мы говорили о находящихся в Улье наших субмаринах…

«Они будут освобождены только после выполнения наших условий».

– Мы готовы пойти на это, однако наши конкуренты могут отказаться.

«Это ваши проблемы».