Атлантарктида. Дикий, дикий Норд. Из глубины

Не зря молчат наша «Камчатка» и американский «Канзас», а мы живы.

– Считаешь, экипажи погибли?

– Хотелось бы верить, что нет, – признался Лобанов. – Но веселее от этого не становится. Что посоветуете? Вербов и его майорша остались в том зале, в конусе.

– Побеседуйте пока с Трофимом Акимовичем, я подумаю.

Заговорил Герасимов:

– Максим Ильич, ещё раз расскажите, что у вас происходит, поподробнее, пожалуйста.

Пришлось повторить всё то, что Лобанов говорил Брайдеру.

– Вполне возможно, вы действительно нашли некий важный объект, – выслушав, сказал начальник экспертной группы. – Хотя, может быть, и не центр. Всё будет зависеть от того, что увидят наши десантники.

– Мы возвращаемся за ними.

– Минуту, капитан. – Голос принадлежал Брайдеру. – Предлагаю больше не рисковать. Мы можем забрать «Краб» на борт подлодки.

– А как же командир?! – встрепенулся Шторкин, обескураженно посмотрев на Лобанова.

– Минут через десять, – добавил Брайдер, – мы запустим реактор и сможем самостоятельно перейти в зал с этим вашим конусом. Лодке «осьминоги» не страшны.

– Нет, капитан, – отрубил Лобанов. – Нам всё равно потом придётся снова выходить на «Крабе», он намного меньше и манёвренней. Сделаем так: мы возвращаемся обратно, а вы подойдёте к нам, когда лодка сможет двигаться. Проход между залами достаточен, чтобы «Десна» прошла, хотя идти надо сверхосторожно.

– Справимся. Но подождите пару минут, к вам присоединится ещё один человек.

– Кто? – удивился Лобанов. – И как?

– Эксперт Шпачков. На борту «Десны» есть глубоководный костюм, полковник Вербов оставил один экземпляр.

– Ч-чёрт!

– Не понял.

– Просто нам он пригодился бы больше.

– Мы и так забиты под завязку, – ворчливо возразил Пинчук. – Он бы уже не влез.

– Хорошо, – сказал Лобанов. – Ждём. – Повернулся к Шторкину: – Сколько вы всего привезли гидрокостюмов?

– Три, – сказал лейтенант смущённо. – В батиплав загрузили два. Один полковник велел оставить на «Десне» про запас.

– Он мне ничего не сказал.

Шторкин промолчал.

Через несколько минут в корпусе лодки под рубкой открылся люк запуска дронов. Конструкторы субмарины ничего выдумывать не стали и приспособили для этой цели трубы торпедных аппаратов диаметром 533 миллиметра.

В свете прожектора «Краба» стал виден водолаз.

– Ваня, прими, – сказал Лобанов.

Комов исчез в хвостовом отсеке.

Вскоре послышались негромкие постукивания, жужжание створок шлюза, голоса людей, и в кабину батиплава буквально вполз океанолог экспедиции, вытирая потное лицо голубым полотенцем.

– Приветствую, товарищи. – Он пожал всем руки. – Я, честно говоря, не водолаз, еле добрался. В костюме очень жарко.

– Он не включил систему вентиляции, – пояснил появившийся следом моторист.

Шторкин засмеялся.