Ватага. Атаман

Башни с немногочисленными защитниками победители захватили изнутри, сопротивление дворцовой стражи подавили, редких храбрецов, схватившихся за мечи – разогнали и теперь наслаждались вседозволенностью и покорностью сдавшегося населения.

Как обычно, нашлась работа и для тех, кому совесть не позволяла грабить и насиловать: два десятка воинов с древними короткими мечами на поясах и в пухлых, простеганных конским волосом ватниках уже волокли откуда-то валуны, чтобы накрепко заложить каменной кладкой подорванные ворота. Свою задачу они знали, на атамана не обратили внимания – и Егор тоже не стал их отвлекать.

Идти по захваченной твердыне было странно и непривычно. Стокгольм или Або – это города чужие, неведомые. Какими их Вожников увидел, такими они в его памяти и отложились. Здесь же все было иначе. Ибо – своя земля. В голове Егора с трудом укладывалось, что Кремль – это практически и есть вся нынешняя Москва, вся столица. Китай-город – это ныне скорее выселки, рабочая окраина, откуда при необходимости все население могло убежать в каменную цитадель.

Было неожиданно вместо просторных площадей, вымощенных брусчаткой, увидеть тесные улочки, застеленные тесом, а местами и просто слегами, плотно прижатые друг к другу трех-четырехэтажные избы, деревянные крыши, бревенчатые стены…

Камень, конечно, тоже был: несколько храмов с золочеными куполами. Причем Егор из-за непривычного окружения не узнал ни одного.

Единственная достаточно просторная площадь лежала перед великокняжеским дворцом – тоже, кстати, полностью деревянным. На краю поприща стояли часы весьма карикатурного вида: похожие на обычные настенные с маятником, но высотой с двухэтажный дом, бревенчатые и неровно оштукатуренные. Забавляло то, что часы довольно громко тикали. Непривычный звук в мире, где Земля все еще считается плоской… Наверное…

– Любо атаману! Любо! Слава князю Заозерскому! – узнали его ватажники, уже шурующие во дворце и увидевшие командира через распахнутые окна.

– Слава атаману! – подхватил Федька, с гордостью сопровождающий Егора по пятам. Вожников так привык к пареньку, что порою переставал его замечать.

– Любо! Любо! – подхватили остальные новгородцы, оказавшиеся неподалеку.

– И вам слава, победители! – ответил им Егор и, скрываясь с глаз, вошел во дворец, поднялся на верхний, третий этаж. Или второй, если не считать подклети.

Изнутри стены и потолки были ровные, расписанные в одних комнатах райскими птицами, в других – неведомыми растениями и зверьми, в третьих – пугали ликами святых. Похоже, на бревенчатой Руси неровные стены успели всем поднадоесть, и строители не жалели штукатурки, спрямляя и разукрашивая все, что можно.