Ватага. Атаман

– А оно точно – Берды-бея?

– Кроме него, тут ошиваться некому, от каменной бабы и до самого Синего леса вся землица – сотника. Кто чужой стада свои пустит – сразу война.

Шатры быстро приближались, на глазах приобретая объем, вот уже показалась отара овец, за ней – коровье стадо.

Трое всадников словно вынырнули из степи, взяли в намет, понеслись навстречу ватажникам в бешеной скачке. Тут же и осадили коней, что-то закричали.

– Спрашивают, кто такие, – перевел Иван Карбасов.

Осип вышел вперед, поклонился и принялся что-то пространно втолковывать приблизившемуся всаднику – смуглолицему парню в кожаной круглой шапке и накинутой на голое тело овчинной жилетке-кожухе.

– Поклон передает уважаемейшему и светлейшему Берды-бею-сотнику от Осипа, Алима Карзаева человечка, – тихо пояснил Иван. – Мол, люди с ним – мы – выкуп за пленников привезли, так потолковать надо, может, сотник-то кого-нибудь и отпустит? Серебришка, мол, привезли изрядно, кто богат – дал, а тому, кто беден, всем миром собирали.

Выслушав, степняк что-то гортанно выкрикнул и, стегнув нагайкой коня, умчался. Остальные двое всадников так и остались маячить неподалеку.

– Стерегут, – ухмыльнулся Линь. – Ничо, сейчас гонец сотнику доложит.

И снова приходилось ждать, в Орде вообще не любили торопиться. Впрочем, на этот раз все сложилось прекрасно – гонец быстро вернулся и махнул рукой.

– Берды-бей-сотник рад будет нас видеть, – перетолмачил Осип Собачий Хвост. – Правда, не всех, а только главных. Ну, и меня – само собой.

– Что ж, – Егор нервно повел плечом. – Главных так главных. Линь, Иван, со мной пойдете, ну еще – ты, ты, и ты…

– И я! – запросился Федька.

Вожников окатил его хмурым взглядом:

– Без тебя управимся, Аника-воин. Видишь, не всех берут-то. Ну, что, все готовы?

Гонец вдруг что-то закричал, замахал руками.

– Чего он волнуется-то, Ваня? – быстро поинтересовался Егор.

Карбасов прислушался:

– Говорит, только семерых примет хозяин: главных, толмача – Алимова человечка, Осипа, значит…

– Хорошо, – покачав головой, Егор глянул на ватажников. – Кроме Линя с Иваном, они за главных сойдут, остальным – отставить.

– Егорий, – зашептал Федька. – Может, я за слугу сойду, а? Ведь сгожуся.

– При таком раскладе – сгодишься. Впрочем, и не только ты… Олешка, Рагунь, – вожак младшей ватаги махнул рукой другим парням. – Айда!

Осмотрев всех, гонец скривился и указал грязным пальцем на юношей: мол, лишние.

– Осип, скажи – это слуги. Мы ж не шпыни какие, как же нам без слуг? Кто сапоги разует-обует, напиться подаст?

– Ладно, – кивнул степняк. – Едем.

– Едем, едем… – усмехнулся Егор. – Кто едет, а кто-то идет.

Обернувшись, гонец что-то вновь бормотнул.

– Спрашивает, – пояснил Осип. – Где, мол, наши лошади? Удивлен очень.

– Скажи – лошадей неведомые люди угнали.