Атака по правилам

— Знаменитое воспитание комиссара Темного Двора, — усмехнулась Белая Дама. — Не стоит вымучивать для меня комплименты.

— Я всегда был честен с тобой, Лисенок, — произнес Сантьяга. — И сейчас я говорю то, что думаю: ты красива."

"— Сейчас еще, может быть, — сдалась колдунья, — но это ненадолго.

Сантьяга до самых последних деталей помнил день, когда он впервые увидел потрясающе красивую Сусанну, молодую фату Зеленого Дома, ее лучистые зеленые глаза, ее нежное лицо, похожее на мордочку маленького лисенка, ее жаркие губы. Отчаянный и безнадежный роман беспощадного комиссара и одной из самых перспективных колдуний Великого Дома Людь обсуждал весь Тайный Город. Влюбившись в нава, Сусанна поставила крест на своей карьере. Ее оттерли от важных должностей, ей закрыли доступ к секретным архивам, и никто уже не помышлял о том, что способности Сусанны позволят ей стать жрицей Зеленого Дома. Хотя совсем недавно многие прочили ей даже трон. Ненависть и недоверие, которое люды питали к Сантьяге, распространились и на его избранницу, но Сусанне было все равно. Она любила и была любима. И это было самое главное. Они были вместе пятьдесят лет. А потом она исчезла. В один день. Навсегда. Даже самая влюбленная в мире женщина не согласится стареть на глазах у молодого любовника.

Этот день Сантьяга тоже помнил очень хорошо. Он знал, что этот день наступит, и ждал его с печальной обреченностью. Очень много подобных дней пережил он за свою долгую жизнь.

— Знаешь, — тихо сказала Сусанна, — я абсолютно ни о чем не жалею. Я была счастлива с тобой, Санта, — она легонько улыбнулась, — а потом, даже ты не можешь похвастаться тем, что у тебя была больше чем одна жизнь, а у меня их было три: до тебя, с тобой и теперь. Впрочем, тебе этого не понять.

— Но я бы хотел, — также тихо ответил комиссар.

— Пустой разговор, — Сусанна нежно провела морщинистой ладонью по лицу нава. — Ты хотел меня видеть, Санта, зачем? Я понимаю, что повод очень серьезный, иначе ты никогда бы не приехал.

— Повод серьезный, — согласно кивнул Сантьяга. — Помнишь наш дом, который был разрушен во время Вторжения?

— Конечно, помню, — колдунья улыбнулась, вспоминая небольшое шато, заботливо выстроенное для нее Сантьягой в заповедном подмосковном уголке. — Он был замечательный.

— Я хранил там некоторые документы.

— В черной шкатулке.

— Которую ты постоянно пыталась открыть.

— И у меня ничего не получалось.

— Я был уверен, что шкатулка погибла. Ты сказала, что дом разрушен до основания.

— Так и было, — подтвердила Сусанна. — Когда я возвратилась туда по твоей просьбе, на месте нашего замечательного дома была лишь воронка. А что случилось?

— Кто-то открыл эту шкатулку.