Атака по правилам

— Выдвигайтесь на исходную точку — начинаем через несколько минут!

Переодетый в полицейскую форму Мохаммед выбрался из машины и не спеша подошел к пульту управления светофором на перекрестке. Его немного смущала маскировка — в Москве чернокожих полицейских было, мягко говоря, немного, — но Кара запретила наводить морок, чтобы всплеск магической энергии не насторожил людов, поэтому приходилось терпеть удивленные взгляды водителей. Мохаммед вскрыл пульт управления и деловито осмотрел кнопки… ничего сложного.

— Будет война! — уверенно заявил десятник Грозомеч, сплевывая в открытое окно головного автомобиля. — Мы покажем Ордену, где раки зимуют, клянусь доблестью Спящего!

Молодой Грозомеч жаждал отличиться и видел в войне единственную возможность для продвижения по службе. Родительских связей и собственных способностей десятника хватило только на то, чтобы занять среднее командирское звено в дружине Измайловского домена, ближайшие перспективы были крайне туманны, а тут — война! И подвиг можно совершить, и должности освободятся. Не зря же говорят, что во время последней войны между Великими Домами выкосило больше половины командного состава дружин, и даже молодые ратники за месяц становились полноценными воеводами, а то и обер-воеводами!

— Ходят слухи, что Орден заполучил браслет фаты Мары, — негромко заметил сидящий на заднем сиденье Волеполк.

— Ну и что? — вскинулся десятник. — Разгромим рыцарей, отберем назад наш артефакт и заставим черных образин служить Великому Дому Людь!

— Конечно, десятник, — согласился Волеполк и поморщился.

Старый, покрытый шрамами вояка Волеполк служил в дружине барона Мечеслава и был придан молодому десятнику в качестве няньки. Волеполк пережил не одну войну между Великими Домами, сидел в осажденном Зеленом Доме, участвовал в знаменитом Северном прорыве — неудачном нападении на крепость Митино, поэтому барон рассчитывал на здравомыслие и осторожность ветерана.

— Да и при чем здесь моряны?

— При том, что пока браслет у Ордена, оборотни будут воевать на стороне рыцарей.

Об этом молодой Грозомеч не задумывался.

Выезд с Измайловского шоссе на Щербаковскую идеально подходил для засады. Изгибающаяся дорога заставляла снижать скорость, а то и просто останавливаться на светофоре при повороте под мост окружной железной дороги. Кроме того, не надо было особенно задумываться над путями отхода: слева от дороги шелестели остатками листвы деревья Измайловского парка, раствориться среди которых для черных морян был проще простого.

— Приготовиться!

Кара почувствовала, как ее охватывает азарт предстоящей схватки. Предвкушение жестокого кровопролития возбуждало колдунью не хуже наркотика. Даже лучше.