Астерий: Не стой у мага на пути! (3)

Она не знала, откуда в ней это необъяснимое влечение к прогулкам в ночной тишине, когда над головой луны и звезды, и мир вокруг полон тайн и волшебства гораздо больше, чем при свете дня. Ведь не зря же на ее родовом гербе изображена волчица – наверное что-то такое было в роду, передавшееся ей.

– В этот раз для нас двоих будет гораздо больше ночей, и все они понравятся тебе. И еще… будет самая важная ночь – Ночь Таинства богини Калифы. Ты будешь посвящена ей – своей рукой принесешь славную жертву. Знаешь, кем она будет? – Малгар старался заглянуть в глаза супруги.

– Нет, – после долгой паузы и с немалым трепетом отозвалась графиня. Ей казалось, что в следующий миг Малгар произнесет три страшных слова: «Твой любовник – Райс», и если так случится, то ее сердце разлетится на куски. Или наоборот: сердце Малгара разорвется, потому что она тут же обернется зверем и вырвет его из груди того, кто доставил ей за последние годы столько боли.

– Узнаешь позже. Кстати, насчет твоего Ирдемса. Я с Кагиаром был у него. Как просто все решилось. Это ничтожество как девка-потаскуха лило слезы и падало нам в ноги. Найти убийц моего брата оказалось очень просто. Глупцы даже не пытались скрыться. Я мог бы убить их сегодня, но Кариаг, как всегда, хитер и придумал развлечение, которое и станет нашим отмщением. Ты, Ольвия, тоже примешь в этом участие, – Малгар наконец разжал свои сильные руки. – Именно поэтому нам стоит поторопиться с выездом. Нужно будет кое-что приготовить по пути.

– Кто они? – слабым голосом произнесла госпожа Арэнт.

– Узнаешь. Всему свое время. Что это за письмо, с которым ты так носишься? – граф перевел взгляд на свернутый листок в ее пальцах. – Мы редко бываем вместе. А, Ольвия? Уж не появился ли у тебя любовник?

– Написала кое-что герцогине Альгер, – отозвалась графиня, чувствуя, как сердце пустилось вскачь. Тут же нашла вниманием зону оборотня, готовая погрузиться в нее, если Малгар потребует показать письмо. Ольвии очень не хотелось стать убийцей. Если бы позволили боги – ее боги, а не нубейская Калифа, о которой часто говорил Малгар – то графиня не стала бы убивать ни своего мужа, ни магистра Дерхлекса. Но теперь она не была уверенна, что боги позволят ей не пачкать душу кровью. Ведь на ней уже была кровь.

Мечник, стоявший рядом с Гурвисом опасений у меня не вызвал. Я догадался, что они знакомы, и он, скорее всего, один из телохранителей графини.

– Что-то случилось, Гурвис? – спросил я, опережая на несколько шагов Салгора.

– Да, господин Ирринд, – ответил тот, и лицо его стало еще более скорбным.

– Пойдем ко мне в комнату или, если не возражаешь, в обеденный зал – проголодался, сил нет, – предложил я, махнув рукой Салгору, чтобы тот шел с Талонэль.