Ассистент убийцы

– Возможно, но скорее всего наша Ласка налила молока бедной Манюне просто из жалости. К тому же волосы на подоконнике. Мы ведь до сих пор не знаем, откуда они вообще там взялись и кому принадлежат."

"– Простите, а могу я узнать, о каком подоконнике идет речь? – в недоумении воскликнула Колесникова. – Причем здесь рост моей сестры и кто такая эта ваша ласка?

– Ласка – это оперативный псевдоним грабительницы, укравшей обе картины, – пояснил Костин. – Она спустилась с крыши четырехэтажного дома по веревке. В обе квартиры эта особа проникала через форточку. Чему это вы улыбаетесь?

– Моя сестра, конечно, не являлась образцом добродетельности и порядочности. Она была настоящей пацанкой, отчаянной сорвиголовой, в принципе вполне могла украсть картины, про которые вы говорите, даже застрелить доктора Завадского. Я бы этому не удивилась. Однако теперь я просто уверена в том, что Ольга не способна была сделать все то, в чем вы ее подозреваете.

– Интересно знать, почему вы так считаете.

– Да потому, что Ольга не была абсолютно бесстрашной женщиной. Она страдала высотобоязнью. Это такая болезнь.

Часть четвертая

Униформист

Глава 1

В пивнушке было не протолкнуться. Дым стоял коромыслом, здесь царили шум и духота. Местные завсегдатаи обливались потом, орали и хохотали во весь голос, с неимоверной силой давили окурки в пепельницах, стоявших на стойках.

Капитан милиции Павел Зверев ощущал себя здесь совсем неуютно. Он периодически прикрывал ладонью нос, не пил, а лишь касался губами края кружки с пивом, явно разведенным, не желал его отведать. Единственное, чем он не брезговал, был «Беломор», к которому он привык с младых ногтей благодаря своему детдомовскому прошлому.

Сегодня Павел Васильевич сменил свой шикарный костюм и туфли, начищенные до блеска, на выцветший синий свитер, солдатское галифе и поношенные кирзовые сапоги.

Его собеседник имел еще более затрапезный вид, хотя сам себя он наверняка ощущал едва ли не настоящим лондонским денди. Это был худой, довольно сутулый мужичонка с бледным, одутловатым от пива лицом. Волосы росли у него из носа и ушей, пальцы пожелтели от никотина. Видавший виды шевиотовый пиджак с надорванным рукавом был ему явно велик. В дыре виднелась тонкая полоска саржевой подкладки. Шею мужчины обвивал толстый шифоновый шарф, широкие брюки были заправлены в чрезмерно длинные юфтевые сапоги.

Благодаря такому вот внешнему виду Зверев и его непрезентабельный собеседник успешно слились с толпой и особо не выделялись. Они стучали по столу таранью, пожелтевшей от времени, курили папиросы, однако разговаривали чуть тише остальных посетителей пивнушки.

Собеседника Павла Зверева звали Петя Желудков. Он был рядовым жуликом и промышлял мелкими кражами.