Ассистент убийцы

Ваня Молдаванин умер полчаса назад.

Эпилог

Два месяца спустя

Зверев и Костин сидели в курилке, прятались от палящего солнца в тени акации. Между ними стояли два граненых стакана и трехлитровый алюминиевый бидон. Для того чтобы наполнить эту посудину квасом, Вене пришлось прогуляться за два квартала и полчаса простоять в очереди. Теперь лицо парня стало красным, рубашка липла к вспотевшей спине.

Зверев пил мало, выглядел угрюмым и заспанным.

Из управления вышла Леночка Спицына. Когда она проходила мимо, Зверев оживился и отправил секретарше Корнева воздушный поцелуй. В ответ Леночка показала Звереву язык. Мужчины громко рассмеялись.

– Василич, она же замужем!

Зверев фыркнул и осведомился довольно небрежно:

– Друг мой, Вениамин, а тебе известно, что именно замужние женщины зачастую бывают самыми горячими и страстными?

– Но Леночка, это же совсем не тот случай! – воскликнул Веня.

– Согласен. Наша Леночка – верная жена, но ведь когда-то она была свободна. Именно тогда я начал уделять ей свое внимание и проявлять интерес. Теперь она может очень сильно огорчиться, если я перестану уделять девушке внимание и флиртовать с ней.

– С какой это стати?

– Мое внимание повышает ее самооценку. Мы столько лет с ней знакомы, при этом у нас ничего не было и быть не могло. Мы это знаем. Поэтому я шлю Леночке поцелуи, кокетничаю и подмигиваю лишь для того, чтобы ей казалось, что она желанна, прекрасна, как богиня. Это игра. Мы оба в нее играем, никого не обижая и не озлобляя других.

Веня хлебнул кваса, покачал головой и заявил:

– А ты, Василич, философ!"

"– Философом быть не так уж и плохо. Это куда лучше, чем быть подкаблучником.

Веня сдвинул брови и спросил:

– Это ты к чему?

– К тому, что кто-то, похоже, скоро обзаведется семьей. Сколько вы уже встречаетесь с Катей?

– Два с половиной месяца.

– Серьезный срок.

– Не начинай. Да, у нас с Катей все серьезно, и меня это устраивает. Это только ты у нас все порхаешь, как мотылек. Но не все же такие. Скажу тебе по секрету, что на днях мы с Катей ходили в театр. Спектакль нам не понравился, зато мы там кое-кого встретили.

– Кого же?

– Корнева. Причем не одного, а с весьма приятной дамой.

Зверев усмехнулся и проговорил:

– Наконец-то наш затворник стал оттаивать. Сколько уже времени прошло, как он потерял свою Ниночку и сыновей? Семь лет! Подумать только. Все это время Степан думал об одной-единственной женщине, пусть даже и мертвой. Я бы так не смог! – заявил Зверев и резко сменил тему: – А ты помнишь Гурьева, который пытался вывезти из страны картины Шапиро? Тогда его выпустили, так как не смогли доказать вину.

– Помню. Юлю осудили. Она получила год за кражу картины, а этот хлыщ Гурьев отделался легким испугом.

– Ты не поверишь, недавно Гурьева задержали за драку.