Аспид

– А может быть, это мороженое как раз неплохо все разрулит.

– Мне бы твой оптимизм, – рассмеялся Сет и пошел к Анджи.

Я оглянулась в поисках Гэбриэла. Он стоял все там же, на пригорке, и манил к себе. Я подошла, и Гэбриэл обнял меня, зарывшись лицом в мои волосы.

– Ты нашел то, что искал? – спросила я.

– Давно, – прошептал он мне на ухо. – И даже больше, чем искал.

– Я имела в виду тыкву, – улыбнулась я.

– С тыквой сложнее. Их тут море, и все похожи, как две капли воды. То ли дело ты – одна на миллион.

* * *"

"Мы единогласно решили отпраздновать Хеллоуин дома, а не в пабе или на городских улицах. Анджи украсила дом, Сет вызвался приготовить ужин, Гэбриэл разжег камин и выбрал фильм («Кладбище домашних животных, если Кристи пообещает не родить от страха раньше времени»), а я решила раздавать конфеты детям, которые с приходом темноты начнут стучаться в двери. Перемазала лицо бутафорской кровью и надела фартук с кровавыми отпечатками. Милое дело – перепугать насмерть какого-нибудь карапуза.

Хеллоуин с его страшилками, и ранними сумерками, и тыквами, стоявшими на сырых порогах, и бутафорской паутиной, и магазинами, забитыми праздничными атрибутами, всегда манил меня. Но у нас в доме никогда его не праздновали. Отец отвергал его, считая, что он восходит к языческому дню мертвых, который праздновали древние кельты. Его раздражал оккультизм и костюмы чертей, которые надевала детвора. Мы никогда не бегали по улицам и не собирали конфеты. Не наряжались, не готовили картофельные оладьи и яблочные пироги, не смотрели страшное кино, закутавшись в одеяла.

Но теперь, когда семья потеряла надо мной власть, я могла оторваться на полную. Смеяться, бояться, набивать рот шоколадом и целовать своего парня, нарядившегося в вампира. У бутафорской крови, стекавшей из уголков его рта, был вкус клубники, так что я просто не могла остановиться, пока всю не слизала. Обожаю клубнику. И вампиров.

Анджи испекла традиционный ирландский хлеб бармбрэк, который обычно подают на стол в канун Хэллоуина, и по традиции положила в тесто четыре предмета: горошину, монетку, щепку и кольцо.

Монета, сулящая богатство, досталась Анджи. Щепка, предрекающая беды и разногласия в семье, – Сету. Гэбриэл вынул из своей порции пирога горошину, символизирующую холостяцкую жизнь в новом году. А я вытащила серебряное кольцо.

– Что означает кольцо? – спросила я, надевая его на палец.

– Замужество, – ответил Харт.

– А… – все, что смогла ответить я, не в силах отделаться от внезапно накатившей тоски. Если Гэбриэлу бармбрэк обещал холостяцкую жизнь, то даже слышать не хочу ничего о замужестве.

– Это шуточные предсказания, – улыбнулась Анджи.

– Знаю, но… Меняю свое кольцо на что угодно.