Асфиксия

В эту ночь я брал Тоню ещё дважды. По-всякому, пока сил хватило. Отстал только под утро – она калачиком свернулась, ноги к груди поджала и вырубилась, а я долго не мог заснуть. Лежал, курил и думал о том, что со всем этим делать.

Раньше у меня не было любовниц, которых бы имел на протяжении долгого времени. Встречи сводились к тому, насколько мне это было удобно. Пока никто не открывал рот и не начинал качать права – меня всё устраивало. Но если вдруг случалась такая досадная мелочь – с лёгкостью заменял одну бабу другой.

Не знаю, почему была потребность трахаться вне Лены. Вроде и давала мне всё с лихвой, но мне мало было, не хватало впечатлений, вот и бросался на всё новое. Только сейчас понимал – это всё суррогат. Возможно, когда с Тоней спать надоест, я снова вернусь к привычному образу жизни, но сейчас вообще ни о ком другом думать не хотел. Даже о собственной жене. Тем более о собственной жене.

Расстаёмся мы на утро, перекинувшись парой фраз. Тоня отводит взгляд, а я ловлю себя на мысли, что хочу, чтобы она ушла. Потому что всё очень остро, и потому что если она останется, это может сделать яркие впечатления совсем иными.

Она берёт такси, отказавшись от моего предложения довезти её до работы. И так лучше. Хочу, чтобы эта потребность в ней не покидала меня как можно дольше. Потому что всё остальное искусственное и пластиковое, и сделать эти отношения такими же – обокрасть самого себя.

Сам приезжаю домой ближе к вечеру. Лена уже вернулась от родителей, встречает меня как обычно – безо всяких расспросов. Мы молча ужинаем, так же без слов садимся смотреть телек. Жена не лезет, будто чувствует, что может услышать то, что ей совсем не понравится. Расходимся спать по разным комнатам, но я понимаю, что так будет не всегда. Впрочем, всегда предпочитал решать проблемы по мере их поступления.

***"

"Её жизнь всегда была обычной и неинтересной. К восемнадцати годам Тоня столкнулась с первыми «взрослыми» проблемами – серьёзно заболела мама, а отец, вместо того, чтобы стать её поддержкой, начал пить. Как будто мало ей было ужаса, который переживала изо дня в день, понимая, что скоро матери может не стать. Приходила домой ближе к ночи, падала без сил. Тогда ей пришлось бросить учёбу – ушла с первого курса, устроилась на работу. Платили мало, а работа была тяжёлой – весь день на ногах. Но это был единственный заработок, которого едва хватало на продукты и коммунальные платежи. И на водку отцу.

Она пыталась говорить с ним, но неизменно всё заканчивалось одинаково. Сначала отец просил прощения и клялся, что бросит, но так и продолжал пить.

А потом мамы не стало. И сил у Тони не стало тоже. Ни бороться с безнадёжностью и нищетой, ни с отцом, на спиртное которому уходила львиная доля её заработка.