Аруна

— Мама, что значат эти знаки? — спросила я, а сама посмотрела на дно сосуда, которое потемнело от копоти, но, тем не менее, оно (дно) было вычищено на совесть.

— Это обережные знаки, здесь магия земли сплетена с магией огня, а вот тут по кромке, видишь? Это руны защитные от непогоды, огонь будет гореть и в снег, и в дождь, в любую непогоду.

— Кто установил их здесь? — я водила по начертанным в теле сосуда знакам и чувствовала лёгкое покалывание на кончиках пальцев.

— Не знаю, они тут стояли ещё до нашего прихода.

— Что за нечисть живёт в лесу? Её хоть кто-нибудь видел? — продолжала интересоваться я, и, вскинув голову, вгляделась в листву, но деревья настолько близко стояли друг к другу, что разглядеть хоть что-то с моего места не представлялось возможным.

— Конечно, — вздохнула она, — чаще всего это тёмные сгустки энергии: одни зависают на одном месте и не видны в темноте леса, поджидают, как пауки свою жертву, другие могут превращаться в зверей и преследовать добычу, пока не настигнут её и не поглотят. Иногда они выходят за пределы леса, но такое бывает редко, если и случается, то огонь обережный не позволит им напасть на нас. Охотники отправляются в лес с первыми лучами солнца и возвращаются ещё до заката. Отряд женщин, собирающих дары леса, в том числе и кариллу, следуют за ними и останавливаются на приглянувшейся полянке.

— Ясно, — отряхнув руки, я медленно встала и шагнула в сторону леса.

— Да что же это такое?! — охнула возмущённо Райла, — куда ты? Тебя ноги еле держат!

— Да, мама, прости. Мне хочется изучить мир и вспомнить всё, — не моргнув глазом, соврала я.

— Понимаю, — кивнула женщина, взяв меня за руку и крепко её сжав, — но всему своё время, ты ещё недостаточно окрепла. Пойдём, тебе нужно доесть кашу.

— Хорошо, — мне не оставалось ничего, кроме как покорно быть утянутой в сторону вигвама, — пойдём. Мама, получается, магия в этом мире есть, но орки ею не владеют?

— Не владеем, к сожалению, — пожала та плечами, — а владели бы, всё могло сложиться иначе и орки не стали бы отщепенцами.

— А магов среди других народностей много? — меня беспокоило то, что орки не могут магичить.

— Нет. Немного. В основном среди людей и эльфов, и их там также единицы. Маги ценятся королевствами, их обучают в столичной Академии магических искусств. По окончании их берут на значимые должности. Гномы, как орки — не способны магичить, но они могут договариваться с камнем и металлом. Искусны в обращении с секирой.

Садиться на коврик я не стала, прошла к моему новому жилью, откинула полог и шагнула внутрь, пригнув голову, чтобы не удариться о балку над входом.

Итак, внутри вигвам был в два раза меньше, чем у той же травницы Виты.