Аруна

Мама посмеялась вместе со мной, ещё раз сказала, что так это не делается и уложила меня спать.

В долину отправились сразу же после завтрака. Перед выходом я проверила раствор, которым скрепила камни печки. Он выглядел неплохо просохшим, но на всякий случай решила эксперименты отложить ещё на некоторое время.

Спуск в долину в этот раз прошёл без происшествий. Яму я выкопала, после чего мы сделали сетку из тонких веточек, ""припорошили"" её слоем листьев и травы, со стороны нашу ловушку стало практически незаметно.

— Завтра стадо приблизится к этому месту, — сказала я, приложив ладонь козырьком ко лбу, чтобы посмотреть в сторону медленно движущихся бизоков. — Нужно будет придать им ускорения, чтобы наверняка кто-то из них переломал ноги.

— Стрелы?

— У нас лука нет, — отмахнулась я, — а просить у соплеменников не будем.

— Что же тогда? Самим на них бежать нет смысла, ибо затопчут.

— Праща.

— Что? — Райла смотрела на меня непонимающим взглядом.

— Эмм, — задумалась я, подбирая понятие на их языке. — В общем это такое оружие дальнего действия, в центр ремня кладётся камень, после чего он раскручивается над головой и отпускается в сторону врага. В нашем случае в сторону животных.

— Ты думаешь напугать огромных зверей камушками? — мама рассмеялась звонко и легко, — ты явно не представляешь кто они и насколько свирепы.

— У тебя есть другие предложения? — нахмурилась я.

— Да, — сложив ладони перед собой, Райла задумчиво посмотрела на фигурки бизоков вдали, — ничего не делать. Кто-нибудь точно провалиться в яму, половина тела рухнет туда, и выбраться зверь не сможет, нам останется добить. Покалеченных бизоки оставляют, потому что это обуза.

— Настолько умны? — хмыкнула я недоверчиво.

— Умны, это да, — кивнула мама, а потом добавила: — ты не помнишь этого, но охотиться на бизоков летом не приянто, наши соплеменники ходят на них лишь перед началом холодов, когда животные прибавят в весе. Спускаются в долину по скруандиновой (наклонный) тропе и бьют их.

— Эта та, о которой говорил дядя Анс. Вы по ней спускаетесь в долину и дальше идёте в Тёмный лес.

— Да, она самая. Нам там появляться не следует, тропа только для охотников и сборщиц кариллы. Ещё Анс там ходит, но ему позволено.

— Дурацкие правила, — буркнула я.

Дурацкий мир! — уже про себя.

— После большой охоты будет много мяса и обязательно пир. Охота на бизоков опасна. И на них мы ходим два раза в год: в середине лета и перед началом холодов. Потом до весны, после того, как их мясо закончится, переходим на крулов.

— И нам ничего с общего стола не обломится, — сделала верные выводы я, поморщившись. Бесит.

— Почему же? Для нас выделят кусок свежего мяса. Небольшой. Но, да, на пир не позовут.

Разговаривая, мы не спеша дошли до тропы наверх.

— Ясно.