Артефакты Древнего

— Сынок, он защищал нас, ставил щиты и несколько раз атаковал того магистра, — мама решительно пересекла гостиную и оказалась рядом со мной. — Здесь ничего не горит только благодаря ему.

— Госпожа льстит мне, — вновь поклонился Василий, — я всего лишь исполнял свой долг, но не продержался бы дольше, если бы не Вы, Кирилл Дмитриевич.

Его взгляд скользнул на кинжал и он нервно сглотнул. Видимо, он видел, что произошло с магистром.

— Магистром? — громко прошептал Слон и чуть не выронил пистолет из руки.

— Так, а ну дай сюда, — Ирина Леонтьевна поднялась к нему и забрала оружие, — пойдём.

Они скрылись на втором этаже, а Коля, кряхтя, вышел между мной и Василием.

— Господин, он говорит правду, — Николай и так не блистал загаром, а тут стал совсем бледным. Хоть это и каламбур, но можно сказать, мертвенно бледным. — Я проверил, всё так, как он рассказал.

— Не убивай его, сынок, — в голосе мамы откуда-то звучала уверенность. Уверенность, что мне под силу справиться с третьим рангом. Как много она успела увидеть на улице? — Мы обязаны ему жизнью.

Я встречал много мошенников в своей жизни. Многие умели складно говорить и мастерски вешать лапшу людям на уши. Так что на слово я уже давно никому не верил. Но у меня есть магия.

Если бы не мама, я б не стал этого делать. Но у неё странное умение влиять на меня.

— Подойди, — приказал я тоном, не терпящим возражений. — Дай руку.

Василий повиновался. Я кольнул его кинжалом и стал впитывать им его магию. Когда силы оказалось достаточно, активировал одно из заложенных в клинке заклинаний. Правда или смерть.

— Всё, что ты сейчас рассказал, правда? — спросил я взрезая ладонь Василия сильнее. Всё же заклинание предназначалось для допроса и работало только, когда на лезвии появлялась кровь противника.

— Да, — Василий даже не поморщился от боли.

— Ты клянёшься служить мне верой и правдой и умереть за меня и мой род?

— Да, — просипел Василий, и его ноги подогнулись. Слишком много силы я забрал. Но он говорил правду.

— Что ж, — я убрал от него кинжал, — ты принят в Гвардию. Коля, позаботься о нём.

— Господин…

— Если хочешь, можешь рассказать Николаю, что чувствовал во время вопросов, — кивнул я, — но на сторону не надо.

— Благодарю за доверие, господин, — Василий слабо поклонился и они, пошатываясь, побрели вглубь дома. Кажется, на кухню.

— Это что сейчас было? — вдруг спросила Алёна, её глаза расширились от удивления, и она переводила взгляд с гвардейцев на меня.

— Сынок, а что он имел в виду, когда говорил про, взял его вместо Николая? — спросила мама. И тут же добавила: — ты же можешь сейчас говорить? Всё в порядке?"

"Без понятия, как рассказать матери о попытке моего убийства «папаней». Это будет больно для неё, а я не хочу делать заставлять её страдать.