Артефакты Древнего

— Господа, позвольте представиться, — порог перешагнул кряжистый мужчина лет сорока в деловом костюме, — Лев Исаакович Хейфец, адвокат графа Орлова. Все вопросы только в моём присутствии.

Лев Исаакович прошёл ко мне и, поправив круглые очки, прошептал:

— Изольда Игоревна передаёт Вам привет.

— Эм, — Никодим Никифорович явно растерялся, и не знал, как ему быть. Он посмотрел на меня, но закончить, вернее, начать спрашивать не успел.

Новый стук. Дверь открылась, и в допросной стало теснее и больше на одного человека.

— Аркадий Соломонович Гройс, — представился высокий, тонкокостный господин в цилиндре и тростью в руках. — Кирилл Дмитриевич, меня нанял Пётр Алексеевич Бестужев, чтобы я представлял Ваши интересы.

— Коллега, — сторонясь и освобождая место у стены, приветствовал его Хейфец. — Не ожидал Вас здесь встретить.

— Вероломное совпадение, — останавливаясь рядом со мной, приподнял цилиндр Гройс.

Никодим Никифорович ничего не понимал. Встретился со мной взглядом, не увидел там ответов и посмотрел на Мешкова. Но тот смотрел на дверь.

На миг в допросной образовалась тишина. Все поступили так же, как Мешков, и не обманулись в ожиданиях.

Стук, дверь открылась.

— Михаил Васильевич, — протянул Мешков с улыбкой, которую не разделили Гройс и Хейфец. Они лишь поморщились, видимо встретили клятого конкурента. — Вы тоже адвокат графа Орлова?

— Имею честь, — кивнул седовласый старичок с военной выправкой.

Он подошёл ко мне, смерил презрительным взглядом моих адвокатов и произнёс:

— Кирилл Дмитриевич, я Михаил Васильевич Ладогин, — он слегка кивнул, и понизил голос, чтобы Мешков нас не услышал: — меня нанял Инокентий Кузьмич Черемеев.

— Кто? — слегка удивился я, так как не знал никого под таким именем.

— Череп, — наклонившись ко мне, шепнул Гройс.

Знакомство состоялось, и Ладогин посмотрел на коллег.

— Интересное стечение обстоятельств, — протянул он.

— Толи будет, — ехидно улыбнулся Хейфец, и добавил: — пятьсот рублей, что это не всё.

Принять пари никто не успел. Стук. Дверь.

— А Вас, Игнатий Лазоревич, кто нанял? — сипло протянул Мешков, без капли удивления в голосе.

— Отец графа, Дмитрий Юрьевич Уваров-Орлов, — ответил невысокий толстяк с залысинами на грушевидной голове.

— Кхм, господа, — откашлялся Гройс, — от всех нас смею предложить Владлену Герасимовичу сдаться и осознать, что ответов на вопросы не будет.

Мешков даже не поморщился. Он равнодушно пожал плечами и, достав из кармана брюк пачку сигарет, прохрипел: — всего доброго, господа.

Мы покинули допросную. В окружении адвокатов я спустился вниз. На проходной даже не спросили пропуск, зато мы встретили здесь ещё одного адвоката. На этот раз от Осокиных.

Эта встреча вызвала у меня недоумение.