Артефактор. Книга 2. Око василиска

Сначала не поверит, потом обидится, а затем потребует и для себя того же.

Так я до василиска никогда не доберусь.

— Так вы не возражаете, если она погостит у нас?

— Да пусть остается хоть насовсем, — благосклонно заявил предок. — Передай, пусть навестит меня, познакомимся. При жизни я её пару раз всего и видел. До того, как… В общем, я только за присутствие образованных и воспитанных людей.

Он многозначительно замолчал, явно намекая на ночной кутеж. Но вот что, а осуждать взрослых людей за то, что они решили расслабиться… Увольте. Тем более, кроме грязной посуды, других последствий с виду не осталось.

Может у них праздник какой совместный был. Не зря же собрались старой компанией.

Получив согласие предка, я быстро попрощался и как раз успел к завтраку. Игнат подал что-то невообразимое — словно облака из белков застыли в полете, а сверху них находился яркий желток.

— Яичница Орсини, — объявил он и добавил: — Она же яичница аристократов. Приятного аппетита, ваше сиятельство.

Это было очень необычно и вкусно. Как безе, но лучше. Я лишь подивился тому, сколько бывает способов приготовить яйца.

В чудесном настроении после такого царского завтрака я вернулся к княжне, изнывающей от нетерпения.

— Ваша светлость, — официально обратился я, давая понять, что разговор серьезный. — Прежде чем закончить, я хочу вас попросить дать слово чести. Что вы никогда не станете злоупотреблять этой возможностью. Мне не хотелось бы огласки и лишнего внимания.

— Я понимаю, Александр Лукич, — девушка приложила руки к груди и горячо заверила: — Даю слово чести, я вас не подведу. Никогда не причиню вреда ни вам, ни вашим близким. И я буду очень осторожна, если только вы не попросите об обратном.

— Хорошо, — я кивнул. — Тогда…

Я положил руку на плечо ангела и дал ментальный приказ — оживи и слушайся. И вопросительно взглянул на княжну. Девушка замерла в нерешительности. Ей явно было страшно. Столько ждать и вот, момент настал и остался только один последний шаг.

Давыдова зажмурилась и шагнула в статую."

"Чёрт, это было так красиво, что у меня дыхание перехватило. Камень не просто ожил, он будто засветился изнутри и стал похожим на настоящую плоть. Платье ангела заколыхалось на изящной фигуре. А крылья… Каждое перо на них шевелилось.

Лицо приобрело натуральный оттенок, а когда ангел улыбнулся, то я увидел ровные белоснежные зубы.

Результат превзошел все мои ожидания. А они и без того были самые смелые.

— Ну, как я? — игриво спросила княжна.

Даже голос её изменился, приобрел особенные чарующие нотки.

— Вы прекрасны, ваша светлость, — искренне восхитился я и поклонился.

Давыдова счастливо рассмеялась, вышла наружу и, распахнув огромные крылья, легко поднялась в воздух.