Артефактор. Книга 10. Маска теней

Несмотря на то что он верно называл издержками профессии, беседовать с ним было всегда интересно.

Я понимал, о чём он говорит. Чтобы привлечь нужное внимание, получить титул князя следовало соответствующе. Либо втихаря, но со слухами, которые аккуратно распространят. Либо сыграть на публику, продемонстрировав всем новый статус. В зависимости от выбранной тактики.

Мне нравился больше первый вариант, но я действительно окончательно не решил, нужно ли мне это на самом деле или нет.

— Я вас понял, — кивнул я. — И, Роман Степанович, раз уж речь зашла про остров, мне бы документы на владения получить.

— Документы? — непонимающе заморгал он. — А-а-а, простите, не подумал даже о такой мелочи. Конечно же, пришлю вам всё утром. В регистрационную палату отправлю копию, не волнуйтесь.

Я и не волновался, тоже позабыл о формальностях.

Поднявшись, я всё же не торопился уйти. Прежде чем думать, нужно кое-что выяснить.

— Ещё один вопрос. Мейснер интересовался Безымянным островом, вам было это известно?

Баталов понял, к чему я веду. Тоже встал, хмурясь, и торжественно произнёс:

— Клянусь силой, ваше сиятельство, я не собирался вас втягивать в эту историю. Да, я знал. Как и о множестве других фактов, по долгу службы. Не стану отрицать, что стечением обстоятельств я намерен воспользоваться. С вами или без вас, но я решу эту проблему.

Я и говорить ничего не стал, просто прощально поклонился и отбыл. Он говорил правду.

Пожалуй, стоит устроить большой семейный совет. Каких-то сомнений у меня уже не было, но домашние могли подсветить неочевидные моменты. Благо все они были настолько разными, что и мнения могли кардинально разниться. Лишь про духа предка я точно знал, что он скажет. Извести всех под ноль и сделать вид, что так и было. Но даже в этом было здравое зерно. Скорее зёрнышко, но всё же.

Но совет не состоялся.

Все куда-то подевались, как назло. Патриарх уехал к Нине Фёдоровне, Тимофей гулял с природницей, призраки участвовали в вечернем представлении для детей, а Прохор колдовал на кухне, прогнав меня оттуда, чтобы я не испортил сюрприз.

Только коты с радостью тёрлись о ноги, но посоветовать что-то дельное, кроме как увеличить их рацион, они не могли.

— Надо бы тебе всё же имя дать… — рассеянно сказал я, поглаживая шелковую шкуру белого тигра.

Тот так натурально мяукнул, что я удивлённо замер. И с подозрением посмотрел на кутлу-кеди. Ведь явно они научили зверя этому звуку. Эти пушистые существа дрессировали буквально каждого, вне зависимости от видовой принадлежности и уж тем более размера.

— Скажи «р-р-р», — строго велел я.

— Мяу! — изрёк грозный хищник.

Да уж, бесполезно, время воспитания безвозвратно потеряно. Где-то далеко завели ночную песню уже дворовые коты. Под их призывные вопли я и погрузился в сон.