Музейный артефакт

Приподнявшись на локте, Кфир единственным зрячим глазом осмотрел трибуны. И с удивительной зоркостью рассмотрел застывшее в ненависти лицо Публия Крадока, подбрасывающего на ладони перстень с черным камнем, хищную волчью улыбку Марка, змеиный взгляд Варении… И вдруг совершенно неожиданно увидел… Эсфирь, оживленно болтающую с Цецилией! Что она делает среди почетных гостей сегодняшней казни?!

Силы оставили его, и он опять откинулся на спину. Клодий поднял свою странную руку с мечом и резко рубанул воздух.

– Авс!

Четыре коня рванулись в четыре стороны, хрустнули суставы, в небо взлетел истошный крик. Кфиру показалось, что это голос Шимончика. Но на самом деле кричал он сам… Предсказание старого чернокнижника Мар-Самуила сбылось: Кфира разорвали кони!

Над площадью стоял рев, ор, визгливые крики и истерический смех: опьяненная кровавым зрелищем чернь бесновалась в своей бессмысленной жестокой радости. Но когда прокуратор встал и поднял руку, шум мгновенно стих.

– Правосудие свершилось! – разнесся по округе громкий голос, привыкший отдавать команды на поле брани. – Однако римская власть не только карает преступников, но и вознаграждает своих смиренных и добросовестных слуг! Держите, кто поймает – получит свободу и сто динариев!

Размахнувшись, он швырнул перстень, который, сверкая на солнце, описал крутую дугу и упал в самую гущу толпы, навстречу десяткам жадных глаз и хищных напряженных рук. Вокруг тут же закружился водоворот немытых потных тел, которые отталкивали, били, царапали и кусали друг друга…

– Проклятый перстень, порождение дьявола! – тихо сказал стоящий на трибуне Публий Крадок, рассматривая вспыхнувшую внизу драку.

Уже через несколько минут водоворот разгладился, и все успокоилось: люди недоуменно смотрели под ноги, но ничего не находили. Потому что раб Модус поймал дар прокуратора прямо в воздухе и сейчас, зажав вожделенный перстень в потной ладони, протискивался сквозь толпу, спеша к хозяину, чтобы получить вольную. Сердце колотилось, как пойманная птица, он никак не мог поверить своему счастью. И вряд ли он согласился бы со словами прокуратора.

Часть вторая

Вор «Студент»

Глава 1

Идеологическая работа

Станица Нижне-Гниловская,

август 1961 г.

– Настасья! Гомонова-а-а!.. – Дорохова оперлась о штакетник, но во двор заходить не решалась: вислоухий кобель Черт заходился лаем, того и гляди с цепи сорвется. От его ярости заводились другие псы, и лай стоял по всей узкой, кривоватой, круто спускающейся к реке улице. На зеркальной водной глади, несмотря на выходной, тут и там чернели рыбацкие лодки. Было жарко, но свежий ветерок с Дона разгонял полуденный зной.