Музейный артефакт

Он не вникал во все сложности предстоящего дела, он просто хотел получить большие деньги. Использовав знания и руки учителя. Который должен рисковать репутацией, положением, налаженной жизнью… Причем рисковать независимо он исхода. Умрет Мамерк – груз ответственности ляжет на Кфира. Исцелится Мамерк – вновь всколыхнется волна слухов, обвиняющих Кфира в колдовстве. Конечно, такие слухи вспыхивали и раньше, но сейчас обстановка изменилась. Не стало могущественного тестя Бенциона Бен Арифа, ушел из жизни первосвященник Раббан Бен Закайи, вконец одряхлел и пребывает в забвении раввин Бен Исайя… Наместник Гарт отозван в Рим вместе с префектом Клавдием, начальником тайной стражи Флавием и другими приближенными командирами, со дня на день должен прибыть новый прокуратор… Кто сейчас пресечет сплетни, кто не даст им ходу, кто заступится за лекаря Кфира? Некому! Разве что тот, обращаться к которому Кфир очень не любил…

– Почему ты молчишь, Учитель? – сдвинул брови Ави. – Неужели ты не хочешь выполнить мою просьбу?

– Нет! – резко сказал Кфир. – Я научил тебя всему, что знал. И если ты хочешь исцелить этого несчастного, то вполне можешь сделать это самостоятельно. Тем более что в последнее время ты успешно обходился без меня и моих советов!

Не прощаясь, он покинул кабинет. Сидящие во дворе пациенты выжидающе смотрели на знаменитого лекаря. Особенно выразительный взгляд был у Мамерка. Похоже, он ждал ободряющих слов или хотя бы знака. Но Кфир, отвернувшись, прошел мимо и вышел на улицу.

Римская коляска, запряженная лоснящимся вороным конем – подарок Вителия Гарта, стояла у ворот. Он занял свое место, возница пустил коня рысью. Подскакивая на неровностях дороги, коляска резво покатила по улице. Неспешные прохожие едва успевали выскочить из-под колес и громко ругались вслед. Но Кфир не обращал на это внимания. Его одолевали тяжелые мысли.

Ученики, как правило, неблагодарны, и Ави не стал исключением. К тому же Шимону уже скоро двадцать четыре года, он научился азам врачевания, и ему давно пора начинать свою собственную практику. Но Ави будет мешать сыну так же, как когда-то Мар-Самуил мешал Ави. Значит, придется опять обращаться к помощи перстня… Но в прошлый раз невинная просьба направить пациентов от старого лекаря к молодому привела к смерти Мар-Самуила… Каким образом будет выполнено его желание на этот раз? Может быть, теперь сгорит дом Эльмуда со всеми домочадцами? Что ж, значит, у них такая судьба… Тем более, что Бенцион уже не заступится за своего любимца…"

"Коляска резко остановилась. Дорогу перекрыла шеренга пеших легионеров, которую возглавлял всадник в шлеме с гребнем, в кожаном нагруднике и красном плаще.