Д'Артаньян — гвардеец кардинала. Тень над короной Франции

Именно так и приобретают себе верных друзей — делая их соучастниками… Ну?

— Сто пятьдесят тысяч, д'Артаньян! Да за такие деньги вы купите весь ваш Беарн и станете чем-то вроде некоронованного короля! А если вас не устраивает эта бедная горная страна, можете приобрести себе поместье в Англии, да и титул заодно — в царствование Малютки Карла это просто… Решайтесь же! Больше я не могу вам дать, решительно не могу, хватит с вас и десятой части…

— Пожалуй, вы меня и в самом деле не намерены обманывать, — медленно произнес д'Артаньян. — Реши вы не платить, набавляли бы и набавляли мою долю, вплоть до половины…

— Черт возьми, я же говорю, что намерен поступить с вами по совести!

— Послушайте, д'Артаньян, я же не чудовище… Никто не собирается ее убивать, достаточно будет, если она по всей форме подпишет отказ от…

Д'Артаньян усмехнулся:

— И вы хотите меня уверить, что человек, не пожалевший родного брата, пощадит чужую ему женщину? И ее ребенка, пусть даже это ваш племянник?

Без тени смущения Винтер сказал:

— Ну и что? Какая вам разница? Здесь нет места оговоркам, уточнениям и прочим юридическим хитростям. Либо вы соглашаетесь, либо нет. А коли уж соглашаетесь, вам, по-моему, не стоит ханжески закатывать глаза, вздыхая о ее участи…

— Дьявол вас побери, вы правы по-своему, — сказал д'Артаньян. — Но я-то вовсе не намерен соглашаться…

Он ждал вспышки ярости, но на лице Винтера отразилась лишь неимоверная досада:

— Ах, как благородно, как высокопарно… Да поймите вы, болван гасконский, что здесь вы целиком и полностью в моей власти! И с вами сделают все, что угодно. Если вы настолько глупы, что не хотите брать деньги, вас подвергнут пытке. Вот эти дикие ребята или кто-то вроде них. Вы все равно скажете все, что я хочу знать, — но когда это произойдёт, вы будете настолько изломаны, что, даже если вам оставят жизнь, будете жалким калекой…

— А вам не приходилось слышать о людях, которые вытерпели все пытки, да так ничего и не сказали? — спросил д'Артаньян, напрягшись. — Это случалось и в моей стране, и в вашей…

— А какая для вас разница? Вы все равно погибнете, но умирать будете долго и мучительно…

— Что делать, — сказал д'Артаньян. — Значит, такая мне печальная выпала фортуна…

— Вот бы знать… — сказал д'Артаньян с мечтательной улыбкой.

— Интересный поворот дела, — сказал д'Артаньян. — Вот только чует мое сердце, что кардинал, безусловно, не одобрит, если его люди ради успеха дела станут расплачиваться жизнями друг друга… Нет, положительно не одобрит…

— Послушайте, — тихо спросил Винтер с выражением отчаянного недоумения на лице.